В пылающей ночной тьме и стоне горящего огнём печати, девочка сжимает руку калеки-чудовища, глядя в будущее. Несправедливость жарит её душу: кто из них станет партнёром на всю жизнь? Чужаковская атмосфера клубится вокруг этих несчастных парочек, где каждая метка может перевернуть мир....
Как это понимаю? В креслах с высокими спинками сидят важные старички в очках и мантиях. Среди них есть один помоложе, но тоже с моноклем на глазу. И женщина лет сорока с возмутительно яркими сиреневыми волосами.
Все как один смотрят на меня.
А я босиком и в ночной рубашке не первой свежести. На голове кавардак, в мыслях – еще больший. Обхватываю себя за плечи, делаю два шага назад. В кого-то врезаюсь, пугаюсь и тут же отскакиваю в сторону.
Толстяк в мантии такого же цвета, что и волосы единственной дамы за столом, смущенно улыбается.
– Так понимаю, это та самая опоздавшая льготница? – спрашивает один из старичков противным скрипучим голосом."
"– Да-да, повезло голубушке, – тянет волшебница и тут же поджимает напомаженные ярко-красным губы. – В последнюю карету заскочила…
Она вытягивает перед собой руку с длинным пергаментом и прищуривается, вычитывая в списке:
– Алайна Эсмонд. Ой, погодите, тут в скобочках приписано – Грайборг.
Дама хмурится и наваливается пышной грудью на стол, обращаясь к мужчине с моноклем через три старичка от себя.
– Как это понимать? Мы разве принимаем замужних женщин?
Я наконец выхожу из ступора и слишком уж громко восклицаю:
– Когда вписывала имя в грант, замужней я еще не была! – возвращаюсь на два шага вперед, добавляя: – Вы меня уже приняли.
Раз, два, три… восемь пар глаз снова устремляются в мою сторону.
– З-здравствуйте, – смущенно добавляю к своей пламенной речи.
Самый седой и старый спускает прямоугольные очки на нос, рассматривая меня поверх золоченых дужек.
– Полно, Ивриклея, – скрипит он. – Гляди, как мисс Эсмонд рвется учиться. Сделаем исключение.
– Миссис, на минуточку, – поправляет его сварливая профессорша.
– Ну, грант использован именно мисс Алайной Эсмонд, так что… – вступает в полемику тот, что с моноклем. – Не будем выделять из толпы.
Видимо, он у них за главного. Я затаиваю дыхание, перепрыгивая взглядом с одного члена комиссии на другого. Сердце стучит, кажется, прямо в ушах! Не верится, что я не сплю.
– Да еще письмо оказалось у нее в руках, когда мы его пытались аннулировать. Сработал портал! – подает голос другой старичок, с огромными, выпирающими в стороны ушами. – И это в пять часов утра! Кто-нибудь верит в такие случайности? Девочке суждено у нас учиться.
– Ладно, – соглашается дама, возвращаясь в исходное положение. Берет перо и ставит жирную галочку рядом с моим именем. – Но зачисление обратного хода не имеет.
