В пылающей ночной тьме и стоне горящего огнём печати, девочка сжимает руку калеки-чудовища, глядя в будущее. Несправедливость жарит её душу: кто из них станет партнёром на всю жизнь? Чужаковская атмосфера клубится вокруг этих несчастных парочек, где каждая метка может перевернуть мир....
– А у тебя правда уже муж есть? – вновь заговаривает Сэм, тащась позади.
Бросаю раздраженный взгляд через плечо, замечая массивный перстень с зеленым камнем на цепляющейся за перила руке.
– Нет, я просто пошутила о факте, из-за которого меня могли не взять.
Его мой сарказм не задевает, а вот я задумываюсь и хмурюсь. Волна нарастающего недовольства отдает жаром в груди. Обычно я не веду себя как стерва с малознакомыми людьми.
– Просто ты такая… – Он тяжело вздыхает, переводя дух, сдувает светлую челку со лба и поднимается на очередную ступень.
– Какая? – несколько резко интересуюсь я.
– Ну молодая.
– А замуж по старости выходят, что ли?
Он ничего не отвечает, и до конца лестницы мы добираемся в молчании. Выходим на небольшую площадку с арочным проемом. За ней скрыта всего одна дверь.
– Привидения не видно, значит, нам сюда, – улыбается Самуил, берясь за ручку в виде деревянного кольца.
– Погоди! – хватаю его за локоть. – Сначала постучим. На всякий случай.
На стук никто не отвечает, и я с чистой совестью позволяю Сэму войти первым.
Огромный зал с исчезающим где-то очень высоко в темноте потолком, длинными рядами стеллажей, пирамидами из разного рода коробок. Среди всего этого кипит работа: маленькие человечки с крыльями летают по проходам, переносят различные вещи и копошатся в горах какого-то хлама. Или же залежах важных и нужных предметов, которым я пока не могу дать определения.
Не менее десятка дверей слева и столько же справа постоянно открываются и закрываются, пропуская трудолюбивых фей, спешащих по своим делам.
– Кто?! – раздается громкий мужской голос. – Еще не все прибыли, что ль?
Из-за высокого нагромождения коробок появляется призрачная фигура нашего провожатого, а сквозь него виднеется невысокий, но вполне человеческого роста мужичок. Он проходит прямо сквозь привидение, и то рассеивается в воздухе, будто его здесь и не было.
Человек среднего возраста, с блестящей в свете волшебных светильников лысиной и кустистыми темными бровями. Они – первое, что бросается во внимание. Затем уже в картинку внешности вписываются маленькие близко посаженные глаза неопределенного цвета, нос картошкой и мясистые губы. Одетый по-простому, в коричневые штаны и мешковатую зеленую кофту, он совершенно не вписывается во всю волшебность происходящего.
