Автор
Кипяток изысканных вкусов взмывает перед твоим горлышком, как нежные палочки из чайного зала. Мелкий теплый песок сыплется с башни отеля вниз к морю, словно драгоценная тропическая россыпь. Атмосфера Парижа — это тихие улицы, романтические площадки и бесконечные ночи под звуки карканья петухов....
Но лучше бы шипел сквозь зубы, потому что от тепла его улыбки мое сердце предательски покалывает от чувств, которые я держала в коробке под семью замками.
— Ну-у-у-у, возможно, я оказалась не настолько безнадежной. — Мой голос садится до шепота, так что приходится откашляться как в каком-нибудь киношном суде. — Я серьезно очень тебе благодарна.
— Кроме тебя с «Гринтек» никто бы не справился.
— Но это было очень рискованно. — Я понимаю, что выгляжу ужасно смешно, растягивая разговор, который себя исчерпал. Но хочется еще хотя бы минутку побыть с ним рядом.
Развожу руки в стороны, намеренно преувеличивая размер щенка. Он, конечно, заметно набрал, но точно не до таких размеров.
— А еще морду вот такую наел, — надуваю щеки.
Господи, веду себя как круглая дура!
— Я рад, что у вас все хорошо, — все тем же невозмутимым тоном, реагирует Лекс. — Кормишь его пирогами по бабушкиному рецепту?
— Иногда, — стыдливо морщу нос, потому что времени на готовку у меня нет не то, что для моих «детей», но даже для себя самой.
Я не хочу знать, как он, потому что не хочу услышать про какое-то радужное счастье с лучшей женщиной в его жизни.
— Работаю, — сдержано отвечает он. И, подумав, добавляет: — Много работаю.
— Из офиса домой только чтобы поесть, в душ и поспать, — как истинный собрат по несчастью, поддакиваю я.
— Я ужинаю по пути домой — бургеры, шаурма с куриной грудкой и пицца без соусов. — Он иронично загибает пальцы, а я как идиотка высматриваю кольцо на безымянном.
Как будто это что-то означает.
Проще всего просто открыть рот и спросить, как у него дела на личном фронте.
— Ты пропустишь свое награждение, Лисицына, — решает за меня Лекс, пока я пытаюсь выбрать меньшее из двух зол.
