Похоже, Вахинэ захватили врасплох, не дав перейти к душещипательной части. Все претендентки обожали говорить о себе, и это его вполне устраивало: не надо было импровизировать на тему Ноно.
Он пересел за следующий столик и тут же понял, что уже встречался с сидевшей перед ним женщиной. Он ее не узнавал, но в ее взгляде вспыхнул огонек. Всего лишь на миг, словно искра, которая тут же погасла. Как задутая свеча.
Шаплен не стал ходить вокруг да около.
— Добрый вечер. Мы ведь знакомы?
Женщина опустила глаза на свой бокал. Он был пуст. Взмахом руки она подозвала официанта, который тут же принес ей новый коктейль. Все это заняло несколько секунд.
— Так мы знакомы или нет? — повторил он.
— Вот отстой, что здесь нельзя курить, — пробормотала она.
Он перегнулся через освещенный свечами столик. Все тонуло в полумраке, мерцающем и подвижном, словно морская качка. Он ждал ее ответа. Наконец она стрельнула в него глазами:
Ее враждебность свидетельствовала об обратном, но он не стал настаивать. Надо соблюдать правила игры, как с другими женщинами. Проходить и одновременно вести это сентиментальное собеседование.
— Лулу-семьдесят восемь.
Он едва не рассмеялся. Она кивнула:
— Семьдесят восемь — год моего рождения. — Она снова отпила. Ее щеки порозовели. — Можно сказать, я играю в открытую, не так ли?
— Лулу — это моя тайна. Как бы там ни было, зовут меня не Люсьеной.
Она нервно рассмеялась, на японский манер прикрыв рот ладонью. Крошечная женщина с детскими плечиками. Рыжие волосы спадали вдоль ее висков, словно золоченый оклад иконы. Узкое лицо освещали радужки, тоже казавшиеся рыжими. Глаза, подчеркнутые линией бровей, были хороши, но не вязались со всем остальным. Длинноватый нос, слишком тонкие губы придавали ее облику суровость, сухость, исключавшие саму мысль о красоте. На ней не было никаких украшений. Судя по одежде, она и не подумала принарядиться. Каждая мелочь свидетельствовала о том, что она пришла сюда скрепя сердце.
— Это мой ник в Интернете, — добавила она, словно извиняясь. — Я столько им пользовалась… Он почти стал моим настоящим именем.
— Чего вы ждете от таких вот свиданий?
Миниатюрная женщина бросила на него короткий взгляд исподтишка, словно говоря «а то ты сам не знаешь», затем назидательно проговорила:
— Шанса. Счастливой случайности. Везения, в котором отказывает мне жизнь.
Чтобы скрыть смущение, она пустилась в общие рассуждения. Ее видение любви, взаимности, совместной жизни. Шаплен покорно поддакивал. Они уже начали обсуждать эту тему как нечто абстрактное, не имеющее к ним никакого отношения.
— В наши дни, — заключила она, — быть не замужем — это болезнь.
— Так было всегда, разве нет?
— В любом случае, здесь от этого не излечишься.
— Спасибо за поддержку.