Автор
В здании ГАИ загорелась машина с ключами в бардачке. В центре города происходят маленькие инциденты, и подозрения падают на чиновников. Тревожно, когда опальный министр внутренних дел сам приходит к директору полиции за отчетом. Здесь начинается расследование необычного дела с паутиной загадок и интриг....
Тот ведь еще и шпион, его видели в Стамбуле в обществе турецких и германских офицеров. Потянем за ниточку, глядишь, и всю сеть вытащим. А вы – почему не арестовал.
Осетин развел руками:
– Вам виднее, Николай Алексеевич. Поступайте, как считаете правильным.
Лыков-Нефедьев вздохнул:
– Черт его знает, как будет правильно. Однако в ашхане Исмаил встречался с русским очень подозрительной наружности.
– И чего подозрительного? – спросил Масловский. – Хой – центр сухопутной торговли с Россией, там полно наших купцов.
– Видите ли, господа, мой отец, статский советник Лыков – уголовный сыщик. Один из лучших причем. Он научил нас с братом видеть уголовных там, где другие не замечают. Собеседник русского беглого каторжника и турецкого шпиона был как раз из таких. И вот вопрос: что делают наши фартовые в Хое?
На другой день Николай выехал в Решт. Он следовал в том же обличье восточного негоцианта. В русском консульстве к нему сначала отнеслись пренебрежительно. Правитель канцелярии на просьбу провести к консулу сказал:
– Может, я могу помочь? Их высокоблагородие заняты.
Армянин властно взял его за локоть, отвел к окну и сказал на ухо:
– Имею секретное донесение от генерала Фидарова. Давай мне консула, бегом!
Уже через минуту коллежский советник Некрасов читал рапорт генерала. Его брови вздымались все выше и выше. Добравшись до конца, он обратился к негоцианту:
– Это правда? Вы… в таком виде…
– Поручик Лыков-Нефедьев, помощник начальника штаба отряда по разведке. Только это для всех тайна.
– Виноват, поручик. Впервые вижу такую тонкую секретную работу. Вы сами видели турок на Персидской спорной полосе?[102]
– Их там до черта! В письме Афако Пациевича указаны подробности. Нам нужны инструкции, как поступить. Османы лезут нагло, не стесняясь. Знают, что шахская власть слаба. Лишь мы сможем отбить натиск.
– Да-да, я немедля дам экспресс[103] посланнику. Где вы остановились? Как вас найти?
– Для всех меня зовут Ашот Тер-Егизар-оглы. Только для вас я Николай Алексеевич Лыков-Нефедьев.
– Весьма польщен. А я Владимир Иванович. Чем еще могу быть полезен?
– Да много чем. Например, мне не помешает рекомендательное письмо за вашей подписью. Мол, настоящим подтверждаю, что торговец Тер-Егизар-оглы известен мне как честно исполняющий свои обязательства, от своего имени и как доверенный крупных исфаханских купцов. Пользуется кредитом, ну и так далее.
– Сделаю сегодня же.
– Еще, Владимир Иванович, вызовите начальника вашего конвоя.
