В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Правила едины для всех… Ну, что, мистеры, будем делать? Чтобы предупреждение точно запомнилось… и подельнику своему передай…
– Я н-н-не знаю его…
– Чтобы запомнил, что нужно делиться с ближними своими! – парни загоготали.
Коста сместился вправо, рассчитывая расстояние – будут бить.
– Снимай всё, что надето. Все что есть. Сам отдашь или снять?"
"– Сам… – Коста сунул руку в карман, ослабив тесемки на мешочке, и резко швырнул в них. Специи взлетели в воздух – янтарно красная пыль упала облаком на головы и они тут же взвыли, отряхиваясь и вытирая глаза…
– Фырк…
– Агха … агха
– Что за мразь! Червь!!!
– Что за дрянь…
– Мой нос, я ничего не вижу…
Коста скользнул вправо, пропустив удар одного из нападавших, уклонился, и ужом скользнул между двумя придурками – его били столько раз, стратегия не меняется.
– Вали его!!!
– А-а-а-а… – двое тупых придурков ломанулись за ним, разинув рот.
– Перец!
– Пе-е-е-ерец!!!
– Не трите глаза, идиоты!
Убежать он не успел, хотя почти получилось – в последний момент дернули за тубус со спины, подставили подсечку и навалились сверху. И отпинали. Поставили на ноги, и ещё раз дали поддых, скрутили, сдернув тубус со спины и обшарили карманы.
– Ничего нет, Старший! Миска одна и кусок булки, – вытащил один из парней глиняную баночку с кремом и перебросил её заводиле.
– Тьфу, – сплюнул тот и швырнул мазь в сторону. – Открывай, – кивнул он на тубус. – Посмотрим, что своровал…
– Эт-т-то мо-ё… – прохрипел Коста. – Не-не-не трогать… Моё!
– Да-да, все что в мои руки попадает тоже мое…
– Заело, старший, кожа разбухла от воды…
– Н-е-е-е трогай…
– Заткнись, – ему съездили сапогом по ребрам и Коста захрипел, перед глазами вспыхнуло алая пелена.
Контроль, контроль, контроль…
– Н-е-е-е трогай…
– Заткнись, я сказал… – от ещё одного одного удара он отлетел дальше, мир вокруг стал ослепительно красным и четким, как ночью, вспыхивая гранями.
Звуки стали ярче, запахи – острее, потом воняло так, что хотелось заткнуть нос. Алые силуэты двигались и размахивали руками. Очень… медленно размахивали руками.
– Откры…
Мастер завтра будет ругать его… да, будет ругать… И мир вокруг стал полностью красным.
– А-а-а-а-а…
Очнулся он мгновений через пять, чувствуя, что грудь ходит, как кузнечные мехи. Тряпки с ладоней потерялись – пузыри лопнули, и руки были в крови.
Коста облизал губы – медь и соль.
Он слышал каждый шорох и стук колес на соседних улицах и шелест крыльев птиц сверху. И он… наконец-то чувствовал себя живым.
Гнев, разъедающий его изнутри жаром – ушел, выпущенный наружу. Он видел цвета четко и ясно, воздух был прозрачен и чист, так же, как его мысли… Что он натворил?
Троица валялась на земле. Один – у стены не двигался и не подавал признаков жизни.
