В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Дефрагментация стала слишком сильной… Последнее, что ты передал мне – это что ты нашел, ты разобрался с печатями! Разобрался! Понимаешь это?
Коста моргнул – «С печатями? С какими печатями?»
Южанин застонал и закрыл глаза.
– А теперь он не помнит… не помнит! Пять зим трудов и он не помнит! Я говорил тебе не высовываться! Говорил – ни шагу к этому змею Вею… говорил…
– Давай просто попробуем, Дэй… просто – попробуем… – Коста вздохнул. Тяжело, устало и обреченно – виски давило огненным обручем.
Менталист сделал ещё глоток вина и разом осушил чашку до дна. Вытер усы и прищурившись уставился на Косту.
– Ты тщеславный идиот, который считает себя умнее других и это не лечится… И ты совсем потерял тягу в жизни…
Коста вяло пожал плечами.
– … поэтому я скажу тебе кое-что, чтобы у тебя появилось желание жить, и бороться… у тебя есть сын. Клянусь, – облако силы вспыхнуло над ладонью менталиста в ответ на потрясенный взгляд Косты.
– Я… я не могу иметь детей после опытов на Октагоне… – прошептал Коста тихо.
– Не можешь, – согласно кивнул головой Дэй. – Сейчас – не можешь. Что? – хмыкнул он в усы, перебираешь всех, кого ещё помнишь и с кем ты спал за десять зим?
– Кто? – выдохнул Коста, наклоняясь вперед, и потянулся схватить менталиста за отворот халата. – Кто, Дэй?!
– Нет, – менталист отпрыгнул в сторону и чуть не свалил кресло. – Нет, я скажу тебе только если ты выберешься из этого дерьма… если соберешь себя по кусочкам и я снова увижу высокомерную морду господина Фу, который всегда и во всем прав, а не вот это…
Коста сглотнул – этот тон Дэя он знал отчетливо – не скажет. Ничего не скажет.
– Семнадцатый умер, ты знаешь? Знаешь, – утвердительно продолжил Коста. – Мне сказали, что прошло десять зим, и я видел себя в зеркале, я видел Кая и Кея, и вижу тебя, но… сейчас… остался хотя бы один человек в Империи, который зовет меня настоящим именем… Коста?
– Нет, – Дэй поправил кресло и отвернулся к окну. – Коста – умер. Ты убил его сам. И чем раньше ты это вспомнишь, тем лучше… господин Фу.
Дэй ушел готовить комнату для ритуала – им требовалось время, чтобы переделать схему, рассчитанную для «звезды» под «тройку».
Коста давился горьким чаем – Кей переборщил с травами, чтобы он больше не уснул и – размышлял. О том, что ему успели рассказать братья до приезда южанина.
* * *– Вам нужно вернуть память, сир, – выпалил Кай, когда он пригрозил ему использовать клятву – то, что он потратит силу и опять отключится, испугало вассала больше любых угроз. – Нужно сложить все куски полностью, иначе… сознание разрушится, мы… ничего не сможем сделать.
– Сир, – Кей протягивал на вытянутых руках письмо. Пожелтевший от времени пергамент, запечатанный печатью рода Фу.
