В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Не второй!!! Это единственное во всем этом, что изумляло его так, что до сих пор хотелось складывать пальцы в плетения, чтобы проверить, как вспыхивает сила… Не второй! Закатный третий! Третий! Это значит, что он может рисовать! Сможет стать мастером!!!
Если выживет после ритуала. Как сказал ему южанин. Если. Выживет.
Коста снова икнул.
– А может все-таки сходить в Храм? Мы успеем, испросить благословение Великого, господин постоянно так делал… если…"
"– Помолчи, – устало бросил южанин, закончив проверять схему – он медленно прошел по кругу и поправил пару камней. – Коста – фокус. Кей – периметр. Кай – страхуешь меня.
– Учитель! Кей никогда не держал один…
– У нас нет времени собирать «звезду» и нет ещё двоих менталистов. Коста, иди сюда. В центр. Садись.
Коста послушался. Потому что бородач был убедителен.
«Меня зовут Дэй» – так он сказал. И потом перечислил такие подробности из его жизни, до мелочей, о которых забыл и он сам. И сказал, что «заноза» жива. И что у них нет времени, и – самое главное, южанин сказал, что у него – Косты – получилось! Он нашел ответы, которые искал. Кто именно виновен в смерти Мастера Хо.
«Ты сказал, что нашел доказательства, но не сказал мне кто» – вздохнул южанин. «Хочешь узнать – узнай у самого себя. Чтобы узнать, тебе придется вспомнить».
– Начинаем на счет три, через два мгновения. Коста, мне нужен якорь…
– Воспоминание, господин, – пояснил один из парней ничего не понимающему Косте.
– Да, прости… – поправился южанин, – постоянно забываю, что ты не помнишь… якорь – это воспоминание, яркое, эмоциональное, поймав которое мы сможем вернуться в исходную точку… Шестнадцать, значит третий курс обучения, значит, – бородач пошевелил усами, – учитывая скорость потери памяти… давай якорь на три зимы до – самое начало обучения…
– Может до прибытия на острова? – вклинился Кай.
– Нет, слишком эмоциональные – это тоже плохо… Первый курс, первые экзамены… хоть что-то… Дай нам якорь. Воспоминание, от которого можно отталкиваться, чтобы разматывать плетения. Начнем с него, и дальше ты сам последовательно будешь восстанавливать лакуны… Тебе придется прожить двадцать зим заново – каждый день, вспомнить последовательно всё, что ты так старательно прятал за Щит и стирал… Если хоть одного куска не будет… – бородач замолчал, и тряхнул головой. – Последовательно – это главное. Будем надеяться, что одного ритуала хватит…
– Давайте, господин, – попросил Кай. – Что-то яркое, что вы запомнили…
– Запомнил, – эхом откликнулся Коста, потирая кольцо незнакомого ему рода – палец под ним нестерпимо чесался. – Запомнил. Я – запомнил… звучит немного смешно в этой ситуации?
– Господин, – укоризненно протянул Кай.
