В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Печать мастера. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В эпоху политических потрясений и крушения империи судьбы переплетаются. Менталисты порабощены, маги бессильны, а безродный ученик каллиграфа становится ключом к великим переменам. Волшебство печати откроет путь туда, где решаются судьбы миров и переписываются законы реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Печать мастера. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Запомнил… – снова эхом повторил Коста, закрывая глаза.
– Эмоции, там должны быть эмоции, – надавил южанин. – И этот момент ты должен помнить ярко, во всех деталях, как будто ты рисуешь картину…
– Картину… – повторил Коста. – Можно… можно взять момент, когда я познакомился с Пятым и Семнадцатым, когда нас первый раз распределили в тройки, и мы получили наказание…
– Хорошо, прекрасно, пробуем, – скомандовал Дэй. – Смотри мне в глаза. Расскажи мне, как это было…
– Мы тогда стояли на тренировочной площадке…
– Смотри в глаза… ты возвращаешься на двадцать зим назад… возвращаешься на двадцать зим назад… назад… где ты…
– … на тренировочной площадке…
– …что ты видишь?
– …они… бегут по плацу…
– …слышишь?
– … Шрам орет на нас…
– …что ты чувствуешь…
– … мне жарко, мне очень жарко…
– … три… два… один…
…
…
…
«… Двадцать зим назад, Октагон, остров Знаний, тренировочная площадка
Коста маялся.
Пот разъедал плечи, придавленные тяжелым грузом. Крупные соленые капли градом стекали по вискам. Колени подкашивались, ноги тряслись, подрагивая, но он – стоял. Дышал через раз, выбрав точку в небе – далеко-далеко, куда не поднимались крылья птичьих стай, и – стоял. Как дерево, как камень, как гора, вросшая в землю, и только сильнее расправлял плечи, если почва вибрировала под ним, когда группа заворачивала на очередной круг на плацу…».
Глава 23. Круг испытаний. Часть 1
Двадцать зим назад
Тысяча седьмая зима со времени Исхода, согласно второй редакции хроник
Октагон, остров Знаний, тренировочная площадка
Коста маялся."
"Пот разъедал плечи, придавленные тяжелым грузом. Крупные соленые капли градом стекали по вискам. Колени подкашивались, ноги тряслись, подрагивая, но он – стоял. Дышал через раз, выбрав точку в небе – далеко-далеко, куда не поднимались крылья птичьих стай, и – стоял. Как дерево, как камень, как гора, вросшая в землю, и только сильнее расправлял плечи, если почва вибрировала под ним, когда группа заворачивала на очередной круг на плацу.
– Раз-два, раз-два, раз-два… подтянулись! Левой-правой, левой-правой, отбиваем… Левой, я сказал!
– Дождя не будет, – хрипло шепнул Семнадцатый справа, провожая учеников взглядом исподлобья, и аккуратно переместил тяжесть на своих плечах, чтобы перераспределить– Коста охнул – его конец бревна сразу потяжелел. – Даже не надейся, Молчун.
Наказали только троих – его, Семнадцатого и Пятого, от которого не было почти никакого толку. С самого утра и до обеда – стоять во дворе, лицом к тренировочной площадке и держать на плечах огромное бревно, специально для этой цели, лежащее под навесом.
Чтобы все видели – кто наказан, и чтобы провинившиеся тренировали терпение, выдержку или… признали свою вину.
