Исторический роман о жизни иноземца в Римской республике II века до н. э. Герой, вербованный на военную службу, встанет перед выбором: верность Риму или собственная свобода. Его судьба переплетена с судьбами империи в переломный момент её истории.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Перегрин» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Исторический роман о жизни иноземца в Римской республике II века до н. э. Герой, вербованный на военную службу, встанет перед выбором: верность Риму или собственная свобода. Его судьба переплетена с судьбами империи в переломный момент её истории.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Исторический роман о жизни иноземца в Римской республике II века до н. э. Герой, вербованный на военную службу, встанет перед выбором: верность Риму или собственная свобода. Его судьба переплетена с судьбами империи в переломный момент её истории.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Интересно, кто там живет? Вот будет забавно, если окажусь в закрытой комнате рабов.
До утра я смог докопаться до низа фундамента и убедиться, что стоит он на скале. Давно не был таким злым и разочарованным. Даже если бы меня поймали по ту сторону стены, было бы не так обидно.
Во дворе началось движение. Послышались шаги одного человека, страдающего, видимо, плоскостопием, потому что казалось, будто шлепает в ластах. Затем вышел кто-то молодой и быстрый. Дальше звуков стало очень много — проснулись все обитатели дома. Значит, скоро вспомнят обо мне и, надеюсь, принесут завтрак.
Я замаскировал раскоп соломой и сел ближе к двери, чтобы прикрывать его своим телом. При свете, попадавшем в помещение через узкую щель между дверью и косяком, выковыривал соломинками грязь из-под ногтей. Не столько, чтобы не вызвать подозрение, сколько из опрятности. Иногда состояние ногтей говорит о человеке больше, чем лицо и одежда. За этим процессом меня и застала сухорукая рабыня. Она налила из большого кувшина парного молока в щербатую чашку, которую я так и не оттер полностью от грязи, и ушла. Я не пью парное молоко, поэтому сидел и ждал, когда оно остынет, хотя сушняк пробивал, как на похмелье. Ночью попотел изрядно.
Так и оставил молоко не выпитым, потому что пришел Спевсипп с дротиком в руке и большим ножом в кожаных ножнах слева на поясе с темной овальной бронзовой пряжкой в виде солнца с кривыми толстыми лучами, больше похожего на обожравшегося осьминога, которые в этих водах не водятся. Выражением лица у Спевсиппа было такое, словно получил приказ порешить меня на месте.
— Выходи, — буркнул он и отступил, давая дорогу.
Солнце только вышло из-за горизонта и не успело разогнать ночную прохладу. По большому двору неторопливо разгуливали куры. Два рабы выносили свертки шкур из склада, расположенного напротив моей кладовой, и добавляли к куче, наваленной посреди двора. Если не ошибаюсь, это были те самые, что занесли вчера вечером. Видимо, таскают их туда-сюда, чтобы не скучно было. Я решил, что меня хотят привлечь к этому общественно-полезному труду, и собрался послать Спевсиппа глубоко и надолго, но он толкнул меня тупым концом дротика в сторону ворот.
— Шагай быстрее! — зло бросил помощник рабовладельца."
"Привел он меня на берег моря к галере, на которой орал Бикта. Самое интересное, что со вчерашнего вечера во дворе и в доме слышно было только визгливый голос его жены. Видимо, за пределами дома Бикта залатывает продырявленное мужское самолюбие. Давно подозревал, что крикливые особи мужского пола — отчаянные подкаблучники.
— Зачем ты привел его сюда?! — заорал он на своего помощника. — Я же сказал, веди его к купцам!
— К каким купцам? — угрюмо спросил Севсипп.
— Любым, на каких он укажет! — гаркнул Бикта.
