Для него выходка Нартова была полной неожиданностью.
— Ложитесь спать, — посоветовал Иванов и добавил: — Все…
Мишин смыл в умывальнике кровь с лица и, повернувшись к Нартову, сказал:
— Завтра поговорим…
Хотелось куда-нибудь идти, что-то делать. Олег задумал, было сходить к Кириллову, но вспомнил, что там лежит труп убитого бойца. Почему-то он не мог вспомнить его фамилию. Потом вспомнил, что даже не знал её. Просидев на нарах в темноте минут десять, он завалился на бок и вскоре уснул.
— Скотина, — прошипел Мишин.
Его уже никто не слышал.
* * *Ближе к обеду пришла колонна, в которой Света увидела знакомое лицо — начальника медицинской службы отряда специального назначения Сашу Кириллова.
— Здравствуй, — поздоровалась с ним Света.
Кириллов никак не ожидал увидеть ее здесь, хотя и знал, что Игорь погиб.
— Светлана? Ты?
— Да я. Теперь я с вами здесь.
— Как же так, Света?
Они помолчали. Вопрос, как показалось обоим, был задан в пустоту.
— А ты, по какому поводу, у вас же база там, где-то в горах…
— Я привез нашего бойца. Вчера погиб на боевом задании. Снайпер его убил.
— Боже мой, — Света обхватила ладонями свое лицо.
— Снайпера мы грохнули, а вот мальчишку уже не вернуть, — сказал Саша.
— Боже мой, — повторила Света. — Какой ужас… и ты так просто об этом говоришь…
Саша пожал плечами. Он уже привык к этому.
— Послушай, Света, давай я его отвезу в морг, все оформлю, а потом снова приду к тебе, тогда и поговорим. Лады?
— Хорошо. Я что-нибудь найду к чаю…
Саша вернулся через час. Света заварила чай, достала где-то сухие пряники. Чай разлили по кружкам. Сидели и смотрели молча друг на друга несколько минут."
"— Я должна была сюда приехать, — сказала Света. — Они убили моего Игоря, но им не убить меня. Я сделаю все для нашей победы, что только будет в моих силах. Если надо, я пойду на передовую, в боевые части. Если надо, я даже к вам в отряд пойду.
— В отряде я сам справляюсь. Если уж ты сюда приехала, то твой опыт и знания больше нужны здесь, в госпитале. Ты уже работаешь?
— Да. Меня поставили на лапаротомию. Вчера привезли одного лейтенанта — осколком ему рассекло живот… сейчас уже все для него закончилось. Проваляется в госпитале и комиссуется. Ты знаешь, он был рад, что его ранили…
— Он был рад, что его не убили, а только ранили. Рана у него заживет, а вот в бой ему больше ходить не надо. Вот он и рад… — объяснил Кириллов.
— В мирной жизни я никогда не видела людей, которые бы радовались такому ранению…
— Все познается в сравнении. Здесь война. А у войны другие ценности и другие законы. Сказать проще — у войны нет никаких законов…
Саша попытался откусить кусок пряника, но пряник слишком был тверд.