Автор
В охламонарии Груня Пепел — неунывающая звезда среди одноклассников. Дождь всегда нравился Груне — она прыгала под дождем, любя брызги на загорелой коже. В мире ее деревни все казалось иначе: каждая лужа была знаком и милым местом в сердце юной Груньки.
Пусть Васька мой и охламон, но простой, как три рубля. Так что, не переживай, все будет в шоколаде.
Мягкий тембр голоса Пал Палыча Груню успокаивал. И чего собственно, она разнервничалась? Но что-то словно подсказывало: волнуется она не зря.
Не ошиблась.
Во все глаза Груня смотрела, как через открытую дверь в комнату входит тетушка, а следом и широкоплечая фигура соседа, с которым Груня знакома едва ли не с рождения, Тараса Вольных. И все было бы замечательно, если бы этот самый сосед всю юность не оказывал Груне знаки внимания.
Раньше Пепел не очень переживала по этому поводу. Ну, приехал. Ну, привез разок из деревни в город. Зато теперь, когда вот-вот должен появиться Васька, внимание Тараса совсем было не к месту.
— Мам Нюра! — подскочила Груня с места и рванулась к тетке.
Дальше события начали разворачиваться одновременно и абсолютно неожиданно для Груни, как и для всех присутствующих.
Пепел метнулась к тетке в объятия. Тарас с щенячьим взглядом уставился на девчонку сверху вниз. Пал Палыч, поднявшись на ноги, побледнев и пошатнувшись, во все глаза смотрел на будущую, как он предполагал, родственницу, а из груди вырвался шумный выдох с единственным восклицанием «Анюта?».
Сама Анна Михайловна застыла в дверях, увидев мужчину, медленно поднимающегося на ноги из-за стола.
— Паша? — голос тетушки был тихим, практически неузнаваемым от волнения.
И только Васька, появившийся следом за гостями, оценил всю ситуацию в целом и гаркнул Вовчику:
— Неси аптечку и в «скорую» звони!
Васька ломанулся вглубь, ближе к отцу, стремительно бледнеющему и оседающему обратно на диван.
