Исторический роман о Семилетней войне и противостоянии двух великих полководцев XVIII века. На фоне кровопролитных сражений разворачивается драма честолюбия, долга и предательства. Судьбы героев переплетаются с судьбой России, борющейся за величие и независимость на европейской арене.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Пером и шпагой. Битва железных канцлеров» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Исторический роман о Семилетней войне и противостоянии двух великих полководцев XVIII века. На фоне кровопролитных сражений разворачивается драма честолюбия, долга и предательства. Судьбы героев переплетаются с судьбой России, борющейся за величие и независимость на европейской арене.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Исторический роман о Семилетней войне и противостоянии двух великих полководцев XVIII века. На фоне кровопролитных сражений разворачивается драма честолюбия, долга и предательства. Судьбы героев переплетаются с судьбой России, борющейся за величие и независимость на европейской арене.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Один из главных героев романа – кавалер де Еон, шпион Версаля при русском дворе Елизаветы, дипломат, писатель, дуэлянт, республиканец, «который 48 лет прожил мужчиной, а 34 года считался женщиной, и в мундире и в кружевах сумел прославить себя, одинаково доблестно владея пером и шпагой»."
"В 1982 году большой друг нашей страны Макс Эйльбронн перевел роман «Пером и шпагой» на французский язык, а в 1983 году книга вышла во Франции. Переводчик и издатель любезно переслали Валентину Саввичу из Парижа солидную пачку рецензий и откликов на публикацию его книги. С горько-печальной улыбкой воспринимал автор искренние слова импортной благодарности и признательности. Такие бы слова, да из уст родного Отечества! Но это было из области мечты. Подобные контрасты поражали, как поразил В. Пикуля случай, произошедший с ним после получения приглашения от Макса Эйльбронна на открытие выставки Э. Мане в Париж. Впервые в жизни домосед Пикуль выразил желание поехать, но ему… отказали в визе, и он долго не мог успокоиться. Через некоторое время он забыл об этом неприятном инциденте, уйдя с головой в работу. Однако ему снова пришлось вспомнить этот случай ровно через год, когда супруги Эйльбронны приехали в Москву и два письма, посланные ими из Москвы адресату, пришли спустя месяц после отъезда гостей на родину. Свои переживания по этому поводу Валентин Саввич выразил так: «Всю жизнь в своей стране я прожил, как узник в заточении».
В 1981 году книга вышла в издательстве «Лиесма» на латышском языке (переводчик Эйнжен Раухваргер). В 1987 году роман «Пером и шпагой» на польском языке попал в руки варшавян. В нашей стране книга выдержала несколько изданий. Наиболее полное – первое издание. Повторные издания осуществлялись совместно с романом «Битва железных канцлеров» и подвергались некоторым сокращениям. Чтобы избежать субъективных оценок сокращений, приведу наиболее точную, количественную: было сокращено построчно 1251 строчка, это примерно 28 страниц. Настоящее издание печатается без сокращений.
О своей работе над романом Валентин Саввич отмечал: «Я писал эту книгу, меньше всего заботясь о чистоте жанра. Отсюда, видимо, возникнут некоторые неудобства при чтении… Во всяком случае, это трудная книга для меня. И хотелось пожелать – пусть она будет легкая для читателя. Но судить об этом мне права не дано… И на этом я замолкаю. Далее за меня станут говорить Герои и События».
«Пером и шпагой» вместил в себя лишь небольшую часть исторических знаний В. Пикуля о веке «осьмнадцатом». Желание вновь вернуться к этой теме не покидало его. Заканчивая первый том романа «Площадь павших борцов», Валентин Саввич поделился планами: «Думаю сделать паузу в работе над „Сталинградом“. Не терпится написать „Когда короли были молоды“».
