Автор
В Перстень Парацельса нет простых решений: несущий его молчит, как книга читанная и прочитанная, но продолжая хранить свои тайны. Этот перстень делает обманчивым даже самому очевидному — умоляющий о встрече, гость ожидаемый и не желанный, с атмосферой измеренного разума и желающим уловить больше....
— Я ещё не разобрался, — честно ответил Громов. — Пока я вижу только тьму.
— В душе?
— Вокруг.
— Антон говорил, что сила может проснуться не сразу после церемонии, — припомнила девушка.
— На это я и надеюсь. — Виктор помолчал. — Только на это."
"В прихожей он отчего-то замешкался, а когда наконец разулся и разобрался с курткой, увидел, что Дарья не просто успела пройти в комнату… Она встала посреди, подбоченилась и расстегнула две пуговки на блузке, демонстрируя край кружевного лифа.
— Прекрасно, — тихо протянул он.
Вместо ответа Дарья прищурилась и сделала неуловимое, но весьма провоцирующее движение, заставившее Громова с шумом раздуть ноздри.
Он уже понял, что сегодня будет жарко.
— Ты вроде говорила, что устала, — шутливо произнёс он, сбрасывая пиджак. Прямо на пол — чёрт с ним!
— Я собираюсь отдохнуть. — Девушка чуть повела плечиками, отчего видимые через распахнутую блузку округлости игриво заколыхались. — Ты со мной?
— Скорее, на тебе.
— Пошляк!
Даша резко обхватила мужчину, прижалась всем телом и впилась глубоким, проникающим поцелуем.
«Да!»
В первый миг у Громова помутилось в глазах, во второй — он пережил острейший ожог вожделения. Грубо облапил женщину, сжал — та простонала нечто, не размыкая уст, — подхватил, швырнул на диван и набросился, срывая одежду. Восхищаясь её страстью, яростной, какой-то первобытной, и удивляясь себе, своей безбашенности и неистовству.
Они занимались сексом дико, как после длительного перерыва, и долго, словно в последний раз. Они потеряли счёт времени или вывалились из него, отвергли, чтобы не мешало наслаждению, и опомнились через пару часов, обессиленные и довольные.
— Это было великолепно, — не стал скрывать Виктор, целуя раскинувшуюся на диване девушку в щёку.
В ответ — неясная улыбка. И возбуждение в тёмных глазах.
Даша приподнялась, посмотрела на любовника и тихо спросила:
— Знаешь, о чем я сейчас думаю? — Ответа не дождалась, дотронулась пальцами до груди Виктора и закончила: — О том, что у нас вся ночь впереди.
И залилась странным, но счастливым смехом.
ГЛАВА 6
— Усталость?
— Апатия…
— Я сегодня не пошёл на работу и спал до двенадцати.
— А я — до двух. Без просыпу.
— Тоже устал?
— Руку не мог поднять.
— Это похоже на похмелье…
— Болит голова и сухо во рту?
— Вялость.
— Меня, кстати, тошнит.
— Какой месяц?
— Не смешно, пошляк.
— Что пошлого в том, что ты станешь мамой?
— По-твоему, я тоже беременный?
— Тоже тошнит?
— Тоже. — Марат выдержал короткую паузу.
