Автор
Марина Коваль теряет мужа и наследует его империю — корпорацию и футбольный клуб. Но вдовство становится лишь началом испытаний. Окруженная врагами и интригантами, женщина должна доказать свое право на власть и выжить в беспощадной игре большого бизнеса, где каждый шаг может стать последним.
Раздел Chitat.online для книги «Первая леди города, или Между двух берегов» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Марина Коваль теряет мужа и наследует его империю — корпорацию и футбольный клуб. Но вдовство становится лишь началом испытаний. Окруженная врагами и интригантами, женщина должна доказать свое право на власть и выжить в беспощадной игре большого бизнеса, где каждый шаг может стать последним.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Марина Коваль теряет мужа и наследует его империю — корпорацию и футбольный клуб. Но вдовство становится лишь началом испытаний. Окруженная врагами и интригантами, женщина должна доказать свое право на власть и выжить в беспощадной игре большого бизнеса, где каждый шаг может стать последним.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Мариша, о чем ты! Я сейчас такси вызову и к Дмитрию… – засуетился отец, но Егор остановил его:
– Виктор Иванович, это лишнее! Негоже хозяину на ночь глядя из дома убегать!
– Что, в самом деле, за глупости! – поддержала Коваль. – Прекрати!
И отец подчинился. Марина убрала со стола, и Егор замучил ее подначками, но она не обращала внимания – пусть развлекается. Застилая постель в Димкиной комнате, Коваль подумала, что сегодняшнюю ночь они проведут спокойно, без обычных африканских страстей, просто лягут и уснут, обнявшись.
Егор уже лежал под одеялом, когда Марина вышла из душа в тонком шелковом халате, плотно прикрыла за собой дверь комнаты, села рядом и взяла его руку в свои."
"– Куда ты дел обручальное кольцо? – Она прекрасно понимала, что Малыш не носит его, просто не может носить, но почему-то именно сейчас отсутствие кольца укололо.
– Оно лежит у меня в бумажнике, я всегда ношу его с собой, как и зажигалку, что ты подарила мне в тот день. – Егор погладил Маринины пальцы и поднес их к губам. – А ты никак не могла спросить, мучилась?
– Не мучилась я ничем, просто…
– Иди сюда. – Он притянул ее к себе, стаскивая халат и укладывая рядом. – Ты собираешься ехать домой?
– Да.
– А как же я?
– Ты можешь ехать со мной, ведь я еще не завтра улетаю, можно продлить срок действия визы, пока мы в Москве.
– А ты не хочешь со мной поехать? – Это был именно тот вопрос, которого Коваль ждала и в душе боялась, так как не могла ответить на него.
– Егор, пойми… я разрываюсь между желанием быть с тобой и нежеланием жить в твоей чертовой Англии. Мне душно и плохо там, я устала за месяц, что провела в твоем доме, нет, ты только не подумай, что мне не понравилось, дело в другом – там все чужое, и ты чужой какой-то…
Егор молчал, прижав руку жены к своей груди, и Марина чувствовала, что он обижен, что ему больно от ее слов, но и не сказать этого тоже не могла – ей действительно было не по себе в Бристоле, там не было ничего, что принадлежало бы ей. Кроме, разумеется, Егора.
– Егор… не надо так… давай поедем домой, ну ее к черту, Англию эту, продай свою фирму, все равно она в пять раз меньше «МБК», зачем тебе лишние проблемы? Сделаем гражданство, все пойдет по-прежнему, – предложила Коваль, опираясь на локоть и заглядывая в глаза мужа. – Если ты хочешь, то я совсем отойду от дел, стану заниматься только «Империей» и футболом, я все сделаю, как ты захочешь, как скажешь, только прошу тебя – давай вернемся!
– О, детка, ты решилась на такие жертвы! – протянул он, потрепав ее по волосам. – Видимо, это любовь!
– Это не повод для словоблудия! – отрезала Марина, уязвленная его словами, – раньше она никогда не соглашалась на подобное даже ради него, и теперь он не оценил такого шага.
