Теперь придется звонить еще и еще, как обещала, а вот этого совершенно не хотелось. Интересно, как они там с Хохлом разобрались?
Вошел отец, с тяжелым вздохом опустился в кресло и взял чашку.
– Обиделся племянничек?
– Да не в том дело. Беспокоит меня эта его разгульная жизнь, Мариша. Вроде неглупый парень, и стремления есть, и работы не боится… А условий никаких – зарплата смешная, работа неинтересная, он в конторе самый молодой, понятно, что ему все гиблые дела сгружают, ему совесть не позволяет делать плохо, а хорошо – не выходит.
– Пап, ты не грузись – вот утрясется у меня все, и я заберу его к себе, в корпорацию юристом. Поднатаскается, а там посмотрим. Перспективы всегда есть, особенно если родня рядом. Единственное, что меня беспокоит, так это Димкина реакция – ведь знает, кто я, да и Кольке сразу все расскажут.
– Мариша, да при чем здесь это? Ведь корпорация у тебя легальная.
– Ха, ну еще бы! Ведь это корпорация моего Егора, а он все делал на совесть, это была мечта всей его жизни – светлый бизнес, честные деньги! – Коваль взяла еще одну сигарету и налила еще чашку чаю.
– И я старалась как могла, чтобы ничего не изменилось, осталось таким, как при нем, отметала все спорные заказы, все сомнительные предложения, едва не разорилась, но смогла удержаться на плаву и не подмочить репутацию. Так что за легальность моего бизнеса брат и его жена могут не переживать. И если Колька не будет дураком, то сможет обеспечить себе нормальную жизнь.
– Детка, это было бы очень хорошо – да и ты не была бы совсем одна, все-таки родной человек.
– Папа, я никогда не бываю одна – у меня такая толпа охраны и замов, что порой я мечтаю об одиночестве как о самом дорогом в жизни! Так что мне нужно будет как-то с Колей серьезно поговорить.
– Можем пригласить его сюда.
– Только не сейчас – пока я не решу свои проблемы, ничем другим заниматься не буду.
– Конечно-конечно, ты сначала со своим разберись, ведь у Коли нет ничего спешного, не на улице живет, родители кормят.
Ты не устала? Может, спать пойдешь? – Отец заботливо заглянул в ее лицо. – Такие синяки под глазами, просто кошмар! Так, все – отдыхать!
…Потекли дни. Марина почти все время проводила в кровати, отлеживаясь и напряженно думая о том, как быть, но ничего в голову как-то не приходило. Отец по вечерам водил гулять, кормил на убой, развлекал. Она позвонила Егору еще раз, он умолял вернуться, но Коваль отказалась, сказав, что еще не готова разговаривать.
