Автор
Марина Коваль теряет мужа и наследует его империю — корпорацию и футбольный клуб. Но вдовство становится лишь началом испытаний. Окруженная врагами и интригантами, женщина должна доказать свое право на власть и выжить в беспощадной игре большого бизнеса, где каждый шаг может стать последним.
Раздел Chitat.online для книги «Первая леди города, или Между двух берегов» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Марина Коваль теряет мужа и наследует его империю — корпорацию и футбольный клуб. Но вдовство становится лишь началом испытаний. Окруженная врагами и интригантами, женщина должна доказать свое право на власть и выжить в беспощадной игре большого бизнеса, где каждый шаг может стать последним.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Марина Коваль теряет мужа и наследует его империю — корпорацию и футбольный клуб. Но вдовство становится лишь началом испытаний. Окруженная врагами и интригантами, женщина должна доказать свое право на власть и выжить в беспощадной игре большого бизнеса, где каждый шаг может стать последним.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Отец что-то печатал на машинке, сдвинув на кончик носа очки и то и дело заглядывая в какие-то блокноты, тетрадки и просто отдельные листочки, в великом множестве разбросанные по столу. При появлении Марины он встрепенулся и принялся собирать все свои записки:
– Доброе утро, Мариша, сейчас… уберу тут все, а то заработался с самого раннего…"
"– Не суетись, заканчивай, – остановила его Марина, садясь на табуретку и поджимая под себя ноги. – Я просто посижу с тобой, покурю…
Отец налил ей кофе и подал пепельницу, сам уселся на свое место и погрузился в работу.
– Пап, а что ты компьютер не купишь? Ведь проще, наверное, и записи все в нем можно хранить?
– Никак не привыкну, – отозвался он, не прерывая своего занятия. – Мне сложно все это новое, я привык по старинке, да и слова легче идут.
– А что это? – кивнула Марина в сторону стопки уже напечатанных страниц.
– Статья для одного западного журнала, о нашем русском криминале.
– Ты в этом разбираешься?
– Уверен, что не настолько хорошо, как ты, – улыбнулся отец, глядя на нее.
– Я тоже не великий знаток, так, стрижем помаленьку. – Марина отхлебнула кофе и удивилась его концентрации. – Папа, а не проще было просто ложкой поесть? Это ведь форменный яд!
– Что, крепко тебе? А я только такой пью, когда работаю. Давай другой сварю. Кстати, откуда такая странная привычка пить кофе с корицей? – засыпая в джезву порошок, спросил отец.
– Егор приучил – это он такой варит, и я теперь не признаю другого. Знаешь, я научилась любить то, что любит он, и получать удовольствие только от этого.
– Вы так смотрите друг на друга, Мариша, что мне даже страшно делается, – признался вдруг отец, осторожно сдувая пену, шапкой поднявшуюся над джезвой. – Нельзя так врастать в человека, это как-то… опасно, что ли… Ведь, не дай бог, что-то, и – как жить?
– Мы это уже проходили, папа, и не раз, поэтому и хватаемся друг за друга, – спокойно ответила Коваль, беря из его рук чашку. – Ты прав – невозможно жить, не чувствуя и не ощущая рядом любимого человека. Я без него не жила – не было меня, так, оболочка. Знаешь, когда я узнала, что он жив, то меня сначала не радость посетила, а обида на то, что он заставил меня так страдать, заранее зная, как мне плохо без него. Я не могла простить ему своего горя, своих поездок на его могилу, где, как выяснилось, никого и не было. – Она замолчала, отпивая кофе и вновь вспоминая свое состояние в те дни, когда считала Егора погибшим.
Отец снял очки и пристально посмотрел на нее:
– А ты не умеешь прощать, дочь. Даже любимого человека ты до сих пор не простила.
– Возможно. – Она затянулась сигаретой и прикрыла глаза.
