Он перевел разговор на команду, рассказал все новости и сообщил, что контракты подписывать придется в Москве, потому что без Марининой подписи это просто бумажка, а значит, ей нужно будет приехать туда. Сделал вид, как будто не догадался, что она и так в Москве. Они договорились, что Марина встретится с Марадоной и Хохлом в гостинице возле аэропорта, там все и решат.
– А со мной ты когда собираешься встретиться? – В голосе Егора послышались незнакомые просительные нотки. – Детка, может, хватит уже? Не наигралась?
– Я не играю, Егор.
Я пока не готова.
– Детка, если ты о том, что произошло у тебя здесь с твоим зверем, то зря – я не сержусь.
– Зато сержусь я. Не могу простить себе, что опять не удержалась.
– И поэтому я остался один? Ты не любишь меня, Коваль, и никогда не любила. – И в эту фразу было вложено столько горечи, что Марина разозлилась:
– Спятил?! Что за бред? Как это не любила?
– Детка, давай не будем сейчас портить наши и без того запутанные отношения, – попросил Егор.
– Если ты вдруг передумаешь, я приеду в Москву, моя виза еще действительна.
– Тогда приезжай! – решительно сказала она. – Хватит недомолвок и загадок, я хочу поговорить с тобой серьезно.
– Ну, жди меня тогда. Да не так, как на Кипре встретила! Целую тебя, стерва.
Коваль не поняла, как Малышу удалось так развести ее, но Егор всегда был грамотным и мог ее уговорить просто на раз. Может, оно и к лучшему, там видно будет.
После этого разговора Марина решилась позвонить и Хохлу.
Его радости не было предела:
– Киска моя! Объявилась все-таки!
– Женька, у вас все нормально?"
"– Да, не грузись! Ты-то как? Я чуть не спятил – просыпаюсь, а тебя нет, и вещей нет. Я весь город на уши поставил, пока не допер, что ты уехала. А Малыш что тут творил… Тебе скажу, но смотри, не спали меня потом, – предупредил Хохол, понизив голос. – У него сердечный приступ чуть не случился, хорошо еще, что я рядом был, увидел и за аптечкой смотался. Что ж ты делаешь, ведь он уже не пацан, киска, нельзя так! – послышалась укоризна, которая Коваль не очень понравилась, но он был прав.
О том, сколько лет Егору, она никогда не думала, привыкнув к тому, что он всегда в отличной форме и многих молодых легко заткнет за пояс.
– Женя, ему было очень плохо?
– Да так, не сильно, но я испугался, если честно, – страна чужая, имя у него другое, я с перепугу и забыл, как его зовут-то нынче, – зачастил Хохол, торопясь выложить все, что пережил.
