В глазах очкового визажиста отражалось мрачное ехидство, когда он неожиданно выпятил их к зрителям. Инна хихикала, и её светская улыбка казалась почти загадочной. Этот штрих предвещает темные изыскания в повествовании "Первое правило королевы".
Она никогда и ничего не боялась заранее. Не изводилась, не тряслась, не пила на ночь валокордин, не придумывала «возможных вариантов» — один хуже другого. Согласно этому правилу, сначала следовало определить и, так сказать, хорошенько прочувствовать опасность и только потом уж начинать бояться.
Инне правило подходило еще и тем, что, как следует разглядев предполагаемую опасность, она неизменно обнаруживала, что все не так уж страшно, вполне можно бороться — и победить. Она начинала бороться и забывала, что надо бояться.
Она не станет думать, почему до, а не после. Она не станет думать, что именно должна доложить Якушеву о своей поездке в Москву. Она не станет думать, зачем Любовь Ивановна звала ее к десяти на городскую квартиру.
Все станет ясно — когда время придет.
Шоссе было совсем пустынным — всех разогнали в связи с высочайшими похоронами, — и Осип доехал до «Сосен» моментально.
Последний гаишник перед последним поворотом в последний раз отдал честь, и машина, притормозив перед шлагбаумом, проехала проходную.
— Куда, Инна Васильна?..
— Сначала домой.
Она выпьет чашку чаю и хоть на пять минут снимет «шпильки», от которых заледенели пальцы на ногах, и можно будет продолжать.
Она не любила казенное жилье — и проводила в нем времени в сто раз больше, чем в своем собственном. К каждому новому «казенному дому» она привыкала, узнавала, как половица скрипит, как по ночам сипит в трубах, как заедает замок, когда открываешь с улицы, а когда изнутри — ничего не заедает.
— Всю жизнь в общежитии живем, — ворчал Осип, втаскивая в очередной дом очередные чемоданы, — по чужим углам. У вас, у государственных, все не как у людей!..
В доме было холодно, или ей так показалось, потому что она сильно промерзла?
Может, душ принять?
При мысли о горячей воде стало как будто еще холоднее.
Не может она принять душ, это ясно как день.
Инна включила чайник, щелкнула толстой кнопочкой и прислушалась.
