В глазах очкового визажиста отражалось мрачное ехидство, когда он неожиданно выпятил их к зрителям. Инна хихикала, и её светская улыбка казалась почти загадочной. Этот штрих предвещает темные изыскания в повествовании "Первое правило королевы".
Возле дверей, рядом с которыми обыкновенно не стояло ничего, кроме пепельницы на длинной ноге, на этот раз стояло нечто с каменным лицом, каменными плечами, каменными руками, в каменном черном пиджаке и бетонном сером галстуке. Кажется, в литературе это называется «неброский».
Да. В «неброском» галстуке. Вот так правильно.
Инна взялась за длинную холодную ручку, а «неброский» галстук навстречу этому ее движению шевельнул частью своей кирпичной кладки, словно вознамерившись ее не пускать.
— Это на эфир, — нервно засвистал из-за плеча «встречающий-провожающий».
Кирпичная кладка замерла. Из-за двери доносились голоса. Один властный, похохатывающий — Ястребова. Нервно-заискивающие — всех остальных.
Ну что ж. Она готова.
Шевеление кирпичной кладки ее не касалось — осмелился бы он ее не пустить! Он и не осмелился — Инна распахнула дверь, шагнула в сияние мощных ламп и громко сказала:
— Добрый вечер.
Навстречу ей все смолкло.
Изумление, плеснувшееся в этих самых очках, которого он не сумел скрыть, порадовало ее.
— Я чуть не опоздала, прошу прощения. Не по своей вине.
Она скинула шубу на чьи-то руки и даже не посмотрела, на чьи. Поправила челку и перекинула сумочку с одного плеча на другое.
Ястребов поднялся. Лицо его стало каменным, на манер только что виденного возле плевательницы.
— Ястребов Александр Петрович.
— Селиверстова Инна Васильевна. Очень приятно.
Приятно ей точно не было. По позвоночнику как будто пропустили ток. Ей казалось, что вокруг нее потрескивает электрическое поле и вспыхивают синие искры — они даже отражались у него в очках. Или это лампы отражались?..
Все остальные присутствующие были значительно ниже этих двоих по всем известным и неизвестным табелям о рангах, поэтому толклись в некотором отдалении, не смея ни заговорить, ни приблизиться.
Инна точно знала, сколько времени у них до эфира — три с половиной минуты, — и точно знала, когда нужно взять инициативу па себя.
