Приключение начинается — стук копыт, пыль дороги и сквозь заснеженный лес, заставляющий задержаться на мгновение. Катрина замерла, отворачиваясь от окна в поисках уюта и тепла. Теперь это не просто удобно — почти не требует энергии для дальних путешествий. Впереди ждет неведомое оазис, где начинается история "Перворожденного".
Нэйт даже не стал копаться у него в голове, все было слишком очевидным. Читать всех и каждого ему давно стало неинтересно. К тому же возвращаться в эти края в ближайшее время он не собирался.
Под лопаткой неприятно заныло, рана еще не до конца зажила, иногда побаливала и нещадно чесалась. Ножевые раны одни из самых отвратительных — слишком долго восстанавливать поврежденные ткани слой за слоем.
Нэйт побарабанил пальцами по выщербленной, но вымытой до блеска поверхности стола в ожидании пищи. Обычно он ел один раз в день, и ему было этого достаточно, но из-за ранения и дополнительно потраченных сил уже третий день его преследовал постоянный голод.
А еще хотелось спать. Много, желательно несколько суток, что бы окончательно восстановиться.
Нэйтан бросил взгляд на ведущую наверх лестницу, подумал, что можно снять комнату прямо здесь, что бы уже никуда не ходить. Ничего с градоначальником не случится, потерпит его присутствие на своей территории еще пару дней.
В таверну зашло несколько человек, заняли столики, сделали заказы. Нэйт даже не взглянул в их сторону. А когда вошел еще один посетитель, он отвернулся, уставился в стену, надеясь, что его не узнают. Нэйтан мог бы мгновенно переместиться, несмотря на ранение и усталость, но посчитал, что глупо поддаваться мании преследования.
Однако надежды не оправдались: вновь прибывший не только узнал Нэйта, именно его он и искал.
— Привет, помнишь меня?
Нэйтан поморщился, отвернулся от стены и посмотрел на рыжеволосого парня, нагло отодвинувшего стул и усевшегося за его стол. Ничего не сказал, просто уставился на него, ясно давая понять, что не рад компании.
Рыжий расценил по-своему.
— Я Фин, помнишь? Я…
Чувство справедливости обостренное, а с догадливостью дела обстоят значительно хуже.
— Я помню, кто ты.
— А ты Натаниэль, — намеков незваный гость не понимал, — мне пришлось здорово побегать, что бы разузнать о тебе.
Нэйтан откинулся на спинку стула, сложил руки на груди, прищурился.
Поинтересовался:
— И много отдал?
— Что? — не понял назвавшийся Фином.
— Много отдал тому, кто поведал тебе, что меня зовут Натаниэль?
Фин дернул плечом.
— Прилично. Жадный зараза.
— И с фантазией, — просветил Нэйт под изумленным взглядом серых глаз. — Это не мое имя."
"Потребовалось несколько секунд, чтобы Фин осознал всю глупость своего положения. Разозлился, долбанул кулаком по столу так, что зазвенели солонки.
— Вот же ж…
Нэйту стало смешно. Нашелся сыщик.
— Меня зовут Нэйтан.
