Автор
В поезде пахло жареным мясом и яйцами — то, что раньше вызывало скуку у Нины, теперь разжигало аппетит. Встреча в купе подстелила фоном воспоминаний детства, где такие запахи были неотъемлемой частью праздника и мечты о будущем. Это первые шаги к реальному соприкосновению с заветной мечтой в сердце человека....
Работы там было немного, а Тата ей нравилась, поскольку никогда не позволяла себе разговаривать со своей домработницей свысока, поила ее вкусным кофе, когда заставала в своей квартире, вела разговоры «за жизнь», всегда убирала за собой случайно пролитое молоко или разбитую банку варенья. Для Чарушина было удивительно, что так поступали не все, но Полина о нравах клиентов могла рассказать многое.
— Что-то случилось на заводе? — спросил Никита. — Если да, то я не возьмусь. Это серьезно, такое расследование нужно проводить только официальным путем.
— Нет, у нее частное дело. — Полина забрала у него тарелку, он уже успел съесть все до крошечки, и поставила чистую, на которую ловко шлепнула блин. — У нее умер дедушка. Завтра похороны, потом оглашение завещания. Дед жил за городом, и по воле умершего все наследники должны будут прожить в его загородном доме до девятого дня. Так вот Тата хочет попросить, чтобы ты поехал туда вместе с ней. У нее плохое предчувствие.
Чарушин не верил собственным ушам. Он был уверен, что за пятидневное его отсутствие Полина соскучилась по нему, а она, оказывается, спит и видит, чтобы сослать его в какую-то тьмутаракань только потому, что этого хочется ее клиентке?
— Пони, ты что? — Он внимательно посмотрел на жену. — Ты правда хочешь, чтобы я провел почти весь отпуск не с тобой и Егором, а с твоей Татой, и только оттого, что у нее плохое предчувствие?
— Во-первых, она пригласила меня поехать вместе с тобой, — невозмутимо ответила Полина.
— Ты говоришь, что у нее умер дед. Сколько лет ему было?
— Восемьдесят пять.
— Пони… — Чарушин даже вилку отложил, так и не донеся до рта вкусный, блестящий от масла блин. — Что может быть нечисто в смерти восьмидесятипятилетнего старца?
— Я не знаю. И Тата не знает. — Полина встала и налила мужу чаю. — Но быть может все, что угодно. Во-первых, потому что ты сам меня этому учил. А во-вторых, потому что ее дед — Липатов.
— Липатов? Тот самый?
— Да. Тот самый. Миллионер Липатов, отстроивший усадьбу Знаменское.
