Вы, например, не спросили, что он здесь делал?
— Ждал девушку! С букетом цветов. Вчера познакомился в метро.
— Прекрасно. Почему же она не появилась? Почему он не продолжил ожидание после своей чудесной победы? Начисто забыв о свидании, он бросает букет и идёт к незнакомому человеку пить водку и травить байки о зоне! Вам не кажется это странным?
— Хороший парень, — печально повторил Каймаков.
— Не отрицаю. Он действительно может быть приличным человеком. Возможно, и не собирается причинять вам вред. Ему просто нужно выполнить задание. Что-то сообщить или, наоборот, узнать, с кем-то познакомить. Одним словом, сделать нечто совершенно невинное. Другое дело — не исключены побочные эффекты. Например, вы попадёте под трамвай или отравитесь газом…
— Что же мне делать?
— Естественно вести себя, поддерживать контакты и сообщать нам, что ему надо. А мы завтра пронаблюдаем — что он за птица.
За проведённую операцию Асмодей удостоился искренних похвал Межуева и Григорьева.
— Он лихой оказался, этот Кислый, так двинул моего парня в колено — чуть не сломал, — рассказывал Семён. — Пришлось тридцать тысяч доплатить, чтоб без обид.
— А Виктор молодец, бабахал как в кино, — сказал майор.
— Кстати, — Семён протянул руку, — давай пушку, дозарядить надо.
Они сидели в другой конспиративной квартире, которая отличалась от первой только месторасположением: планировка и обстановка совпадали почти до деталей.
Семён извлёк из «вальтера» магазин.
— Осталось два газовых, так?
— Так, — кивнул Асмодей. Один неиспользованный патрон он специально вынул, чтобы Семёнова арифметика сошлась с действительностью.
— Точно. — Григорьев заглянул в дырочки обоймы. — Теперь давай три газовых и два звуковых.
Когда Асмодей принёс требуемое, прапорщик поучающе сказал:
— Смотри и запоминай, пока я жив. Вначале эти, с жёлтой заглушкой, потом два с зелёными. Теперь досылаем в ствол…
Он передёрнул затвор и протянул пистолет рукояткой вперёд.
Ему явно нравилось учить. Но Металлист делал это наглядней.
— Доложите Дронову, Валентин Сергеевич, что газовый пистолет использовался для проведения операции, — сказал Семён. — А то он считает, что мы поощряем блажь…
— Обязательно доложу.
И повернулся к Асмодею.
— Когда думаешь выходить на связь со Смитом?
— После закрепления знакомства. Дня через два. Послушайте дальше про этого Каймакова…
Асмодей чувствовал себя первооткрывателем.