Матвей, облаченный в черные рубашку и с покосившимся деревянным крестом на могиле отца, делится планами похоронить родителей еще лучше. Воздух накален дождем, а я стараюсь убрать склон холма, где лежат высушенные цветы - заслужившие столь долгое пребывание на этом месте. Это место словно таяло в собственной атмосфере безмолвия и боли, заставляя читателя погрузиться в глубину человеческих слез и надежд....
- Ты рассудком повредился или такая хреновая тачка, что тебе ее совсем не жалко? – закидывает ногу на ногу и тарабанит пальцами по бронзового цвета коленке, - а, подожди… ты застраховал ее на астрономическую сумму, и как только я сяду за руль, заявишь об угоне?
Меня кроет. Рискуя въехать в зад впереди едущей Волги, пялюсь на ее ноги.
- Или ты решил убить двух зайцев и подрежешь тормозной трос, - продолжает размышлять, - и от Эли – дурочки избавишься, и страховку получишь…
- И как я жил без твоего искрометного юмора…
- … а на вырученные деньги купишь Крузак, как у Моти…
- Тебе че, Бэха не нравится?
- Много понтов, а Крузак все равно круче.
Деланно усмехнувшись, возвращаю взгляд к дороге. Уязвило. Думал, от восторга обсикает сидение, а она меня понторезом назвала.
Изменилась Элька. Раньше все, что со мной связано было, лучшим считалось. Тачка, марка сигарет, что я курю, кофе, музыка, которую слушаю.
Ладно. Так оно правильно. Сам же хотел, чтобы повзрослела, ума набралась, перестала навязываться.
- Где твой парень? В чемодане едет?
Я помню, как на Днюхе Мота она сказала, что будет с ним Новый год отмечать. И, сука, испортила Новый год мне! Под бой курантов я не желания загадывал, а думал, чем Малая в данный момент занимается со своим парнем. Целуется или поздравляет его по-взрослому…
- Мы расстались… - проговаривает глухо.
Посочувствовать бы, а не получается. На душе от ее слов как-то светлеет. Знаю, кто там к ней клинья подбивал.
Мот не знает. Узнал бы – не одобрил.
- Расстроилась?
- Расставания это всегда неприятно, - выглядит искренней.
С силой втягиваю воздух. Любила она его, что ли?
Так, все… надо завязывать.
- Мот сказал тебя к нему домой отвезти.
- Валяй.
Доезжаю до адреса и выхожу, чтобы вытащить сумки из багажника. Элька, поглядывая на высотку, топчется рядом.
- А как мы в квартиру попадем? Или у тебя, как у его духовника, есть ключи?
Из глотки просится привычное «за@бала», но я молчу, потому что, как наркоман упиваюсь ее голосом и противным характером.
- У консьержа возьмем.
- Консьержа?! Да вы тут с жиру беситесь! Может, у него еще и домработница имеется? И кухарка?..
- Не в курсе… - молчу, что у самого квартира в соседнем подъезде. Опять скажет, что понтуюсь.
Закидываю ее рюкзачок себе на плечо и вытаскиваю чемодан.
- Пойдем.
Веду ее через холл к лифту и слышу за спиной.
