Толку ли в тех кембриджах, если рога у тебя такие, что не в любые ворота пролезут? Хорошо он ее, следует признать...»
Конечно, абсолютно неспортивно было наносить человеку коварный удар в т а к о й момент, но тут уж ничего не поделаешь, какое, к чертям, благородство, если интересы дела, как обычно, превыше всего...
Мазур отодвинулся от приоткрытой двери, достал баллончик, снял колпачок, педантично спрятал его в набедренный карман, опустил баллон к полу и нажал головку. Клапан, несомненно, был сконструирован так, чтобы выходящий под давлением аэрозоль не производил ни малейшего шума, – Мазур это еще на яхте подметил, когда Олеся на себя пшикала. Запах чувствовался лишь первые пару секунд, да и то вблизи баллончика. Мазур зачем-то напряженно считал про себя секунды – десять, двенадцать, пятнадцать... невесомое облачко моментально таяло, втягиваясь в спальню... а там продолжалось энергичное пыхтение, охи-вздохи и все еще слышался совершенно ему непонятный женский лепет на языке, которым он не владел...
Ну вот и все, слава богу. Содержимое израсходовано полностью. Теперь пора и уносить ноги. Для надежности Мазур еще несколько секунд постоял, выпрямившись, глядя в комнату с холодным ожиданием профессионала.
Сбой произошел в приятном процессе... Мужик вдруг замер в достаточно нелепой позе – разметавшаяся холеная красотка все еще лежала распростершись, прикрыв глаза, не чуя перемен, – закинув голову, разразился лающим кашлем: оглушительным, надсадным, трескучим...
Вот теперь по-настоящему пора. Дело сделано. Какое-то время дамочка не станет поднимать шума – она не полная дура, в конце концов, чтобы воплями сзывать прислугу на помощь, пребывая в голом виде в спальне гостя. Пройдет несколько минут, прежде чем она убедится, что дело обстоит по-настоящему хреново... еще минут несколько потратит на лихорадочные размышления… потом, надо полагать, улизнет к себе, и только тогда наш Ромео позовет слуг... спец уверял, тут повсюду понатыканы кнопки для вызова прислуги... В общем, времени для спокойного отхода вполне достаточно.
Словно бесшумный призрак, Мазур в хорошем темпе несся обратной, уже знакомой дорогой. Проделал обратный путь гораздо быстрее, чем добирался до спальни. Оказавшись под открытым небом, тихонько притворил за собой дверь, постоял, слушая окружающую тишину, – и, в три прыжка перемахнув открытое пространство, нырнул меж деревьев.
