– Тишенька, не снимай ее, договорились? Ни на ночь, ни на купание. Обещаешь?
На окраине поселка за нами увязались три местных собаки, лохматые, как домовые. Я побаивалась их, но Тишка сделала успокоительный знак рукой – все в порядке, не тронут – и страх прошел. Она как-то умела договариваться с животными.
Взять хоть того котенка! Женька пыталась прикармливать его, но он ни разу не дал взять себя на руки. А потом приехала Тишка и понесла рыбу его матери. Наверное, это самое правильное в обращении с маленькими детьми, пусть даже они и котята. Через неделю котенок признал ее за хозяйку. Лежал тряпочкой на загривке у Тишки, пока она с гордым видом вышагивала по Литвиновке. Смешно! Женька морщила нос и говорила, что от Тишки несет кошачьей мочой. Когда моя сестра завидует, она всегда вспоминает о плохих запахах.
Собаки проводили нас до реки и скрылись в лесу.
– Ты помнишь, почему упала?
Мы уже стояли по колено в воде и готовились переплывать речку.
Тишка вопросительно посмотрела на меня.
– Тебя Пашка испугал, – сказала я.
– Да, я знаю. Вспомнила, когда свалилась. А сначала мне показалось, что на меня труба обрушилась.
– Не сиди больше на этой крыше, – сказала я. – Он еще что-нибудь придумает.
Она беззаботно отмахнулась:
– Пускай придумывает. У меня теперь есть бабушкин подарок!
Я с сомнением взглянула на иконку. Если она такая действенная, что ж бабушка сама ее не носит? Та защитила бы ее от Прохора.
– Не волнуйся, – попросила Тишка. – Все будет хорошо, честное слово.
Я не волновалась. Просто не люблю видеть искалеченные тела на лужайке под окном. Это некрасиво.
Так я ей и сказала. Тишка почему-то засмеялась.
– Ты прикольная! – говорит. – Ну давай, поплыли наперегонки!
Мы поплыли наперегонки, потом еще раз, еще и еще, и ни одна из нас не заметила, в какой момент Тишка потеряла оберег бабушки Раисы.
Когда Илюшин примчался в больницу, уже стемнело. В палате Яны не оказалось. Медсестры, заваривавшие чай, не проявили никакого любопытства после того, как он сообщил им об исчезновении пациентки. Илюшин позвонил Тишко, но трубка известила, что абонент недоступен, и некоторое время Макар предавался мрачным фантазиям, воображая, что убийца все-таки добрался до девушки и теперь ее труп остывает где-нибудь в больничном подвале.
«Идиот! Увлекся ссорой двух братьев! Бросил девчонку с тремя родственниками, любой из которых мог убить Павла. Ищи теперь ее с проломленной головой!»
Прийти в себя Макару помогла уборщица.
