В Плененном принце мир тонкого равновесия нарушается. Природа обыденности встает под ударами политической суматохи, и герой Эрasmus оказывается центром ожесточенного баланса между королевской властью и древним кланом феодалов. Утрищевой сюжет разворачивается в закрытых готических замках и загадочных пустошах, создавая интригующую атмосферу изнурительных игр веры и власти....
– И без раба не уедем.
– Вы игнорируете приказы Совета? – осведомился командир стражи. Он оказался в незавидном положении: пеший против трех всадников в узком проулке. Тем более Йорд достал меч, а стражей в красном и в сине-золотом у него за спиной стало поровну. Однако командира регентовой стражи это, похоже, не пугало. – Угроза оружием в адрес регентовой стражи равносильна измене, – напомнил он.
В ответ с холодным презрением обнажил меч Орлан. Мгновением позже – его спутники, остановившиеся чуть дальше.
– Принц выше Совета, – молвил Йорд. – Твои приказы устарели на час. Убьешь раба – ты следующий в очереди на плаху.
– Вранье, – фыркнул командир стражи.
Йорд вытащил что-то из кармана форменных одежд и помахал перед носом противника. Медальон советника. Он раскачивался на цепочке и лучистой звездой мерцал в свете факелов.
– Спорим? – осведомился Йорд в звенящей тишине.
* * *– Стало быть, трахальщик ты выдающийся, – съязвил Орлан и толкнул Дэймена в зал заседаний, где перед регентом и Советом уже в одиночестве стоял Лоран.
"Картина была та же, что в прошлый раз: регент сидел на троне, а рядом в полном парадном облачении расположился Совет Вира. Зато толпы придворных Дэймен не увидел – только Лорана, стоявшего к ним лицом. Дэймен сразу оглядел советников, пытаясь понять, на ком нет медальона. Оказалось, что на Ироде.
Еще один толчок от Орлана, и колени Дэймена ударились о ковер, такой же красный, как мантии регентовой стражи.
Дэймен поднял голову.
– Мой племянник убедительно за тебя заступается, – начал регент, а потом, словно вторя словам Орлана, добавил: – Стало быть, есть в тебе скрытое очарование. Внешность твоя ему полюбилась или ты блещешь какими-то особыми талантами?
Лоран прервал его с ледяным спокойствием:
– Намекаете, что я делю ложе с этим рабом? Какие мерзкие домыслы.
Облаченный в строгие одежды Лоран снова демонстрировал невероятное самообладание. Это был уже не тот вялый сонный юноша, прижимавшийся теменем к стене. За несколько часов, проведенных Дэйменом на свободе, действие снадобья должно было закончиться. Скорее всего. Хотя кто знает, как давно Лоран находится в этом зале, убеждая Совет.
