Автор
Серая тьма Боли окутывала Чаризу. Воспоминания обрушиваются на нее: зловещий голос, холодная каменная клетка. Затем она вспоминает, как вломили ее и забрали в плен. Но почему она здесь? Уинчестер, февраль 1821 года — все это кажется вымыслом, но боль — она реальна. Чариза чувствует себя дрожащей и молящейся за каждый кусочек свежей жизни перед ненавистным заключением....
Однако каждое мгновение этой жаркой, потной схватки доставляло ей неизмеримое наслаждение. Ей нравилось чувство соединения их тел. Ей нравилось смотреть, как он становится рабом своего желания.
Она хотела, чтобы все повторилось вновь. И поскорее.
Рука его стала жесткой и напряженной под ее пальцами, но он не отстранился.
— Хорошо выбраться из города, — сказал Гидеон.
— Тебе досаждает обилие людей?
Чариз пристально посмотрела на него. Весь день он был поглощен своими мыслями, но признаков болезни он не проявлял.
— Немного.
Она не сразу поняла, что он ответил на ее вопрос.
— Лондон, должно быть, был для тебя кошмаром.
Он посмотрел вдаль над головами коней, и руки его сжали поводья.
— Да.
— Как тебе удалось это вынести?
Он пожал плечами.
— У меня не было выбора. Монарх приказал. Я подчинился. Я пил. Принимал опиум, когда алкоголь не помогал.
— А теперь мы в Сент-Хельер.
Он улыбнулся.
— Поверь мне, переносить Сент-Хельер куда легче, чем Лондон.
— Не переживай. Скоро мы вернемся в Пенрин.
— Боже мой, мадам, вы говорите как жена.
— Я и есть жена, — тихо произнесла Чариз. — Хотела бы я, чтобы ты меня поцеловал.
Гидеон ничего не ответил. Чариз ждала, что он замкнется в себе, как это часто бывало. Но озорной огонек в его глазах заменил огонь чувственности.
Он закрыл глаза и прикоснулся губами к ее губам.
Чариз застонала от нетерпения и подалась ему навстречу. Никаких признаков обычного для него стремления избежать физического контакта не наблюдалось. Чариз мысленно возблагодарила Господа.
— Ты дразнишь меня, — хрипло проговорила Чариз.
— Есть немного. Сними шляпку, чтобы я мог сделать это, как подобает.
— Скорее, — сказала Чариз.
Он тихо рассмеялся и положил ей руку на затылок.
— Ты такая горячая, — пробормотал он.
— Тебе не нравится?
— Я этого не говорил.
— Гидеон…
— Тсс.
Нежная улыбка играла у него на губах. Очень нежно он прикоснулся губами к уголку ее губ. Он поцеловал ее в кончик носа. Коснулся губами ее подбородка. Между бровей.
— Поцелуй меня! — едва ли не со слезами воскликнула она.
Она не могла ждать.
— Я целую тебя.
Чариз дрожала от нетерпения.
— Поцелуй меня, как положено, — взмолилась она. — Или я сойду с ума.
— Мы оба сумасшедшие, — сказал Гидеон. — Да поможет нам Бог.
