Автор
Серая тьма Боли окутывала Чаризу. Воспоминания обрушиваются на нее: зловещий голос, холодная каменная клетка. Затем она вспоминает, как вломили ее и забрали в плен. Но почему она здесь? Уинчестер, февраль 1821 года — все это кажется вымыслом, но боль — она реальна. Чариза чувствует себя дрожащей и молящейся за каждый кусочек свежей жизни перед ненавистным заключением....
Но гораздо большее значение для нее имела бесконечная битва за будущее с Гидеоном.
— Мы не свободны. Мы женаты.
Он резко отпустил ее и отошел. Она почувствовала дистанцию, и это было как удар топором.
— Если бы я мог придумать иной способ спасти тебя, я не стал бы принуждать тебя к столь крайним мерам, — резко сказал он.
Идиллия, что была так близко всего несколько минут назад, превратилась в горькое воспоминание. От внезапности произошедшей с ним перемены у нее закружилась голова. Она повернулась к нему лицом, зная, что боль ее вся на виду.
— Ты знаешь, что я всегда была и буду благодарна за…
— Довольно! Еще раз услышу слово «благодарна», за последствия я не отвечаю.
— Но, Гидеон…
— Дьявол тебя побери, Чариз, остановись!
Он замолчал. Терпение его было на исходе.
— Ты не должна меня благодарить. Как выяснилось, нам не следовало вступать в брак. Твои сводные братья нас не выследили. Я могу лишь выразить мои самые искренние сожаления.
Звонкая пощечина прозвучала как выстрел.
Голова Гидеона откинулась назад.
Дрожа, Чариз опустила руку и попятилась. Она не была напугана. От гнева у нее потемнело в глазах.
— Как ты смеешь? — Голос ее дрожал от едва сдерживаемой ярости. — Ты спал со мной в одной постели. Ты был так глубоко во мне, ты прикоснулся к моей душе. И у тебя хватает наглости говорить о сожалениях?
— То, что я сделал с тобой, непросительно. Я сожалею, что причинил тебе боль.
Ее хрупкое счастье рассыпалось с громким звоном.
— Не может быть, чтобы ты собирался следовать своему изначальному плану, в котором мы будем жить порознь!
— Основные проблемы остались. Это наиболее приемлемое решение.
От боли у нее перехватило дыхание. Она пошатнулась, отступив на шаг.
— Ты этого хочешь?
— Не важно, чего хочу я. Я пытаюсь сделать, Чтобы тебе было лучше.
— Выходит, эти несколько последних дней ничего не значат? Ты не можешь рассчитывать на то, что я в это поверю.
Гидеон отвел глаза, стараясь не встречаться с ней взглядом."
"— Мне не надо было прикасаться к тебе. Это было ошибкой. Это было жестоко. Тот факт, что я не могу держать себя в рамках в твоем присутствии, не оправдание. Это лишь еще один признак моей чертовой слабости. Тебе бы следовало проклинать меня.
