Автор
В темной комнате мужчина медленно отрывает одежду, раскрывая свою мощь. Его изощренный страстный оргазм начинается с тонкой палочки, постепенно переходя в безудержное взбивание, заставляющее кровь в теле жертвы бешенствовать и отчаянно желать освобождения.
""О, Боже"", — мелькнуло в голове, а глаза сами по себе закрылись.
Вряд ли я смогла бы сейчас хоть что-нибудь сказать, — челюсть ломило неимоверно, губы не слушались, все тело дрожало, как в лихорадке. Но, главное, пытка все-таки закончилась…
— В глаза, я сказал, — безжалостные пальцы надавили мне на скулы, заставляя снова распахнуть рот.
Что- то в его голосе подсказало мне, что лучше послушаться.
Вздрогнула, встретившись взглядом с почти черными, горящими, расширенными зрачками и одновременно с этим он снова протолкнул в меня свой член, до самого основания.
Захлебнулась, попыталась дернуться, но его рука, не обращая на меня никакого внимания, стала толкать меня, насаживая на член, еще сильнее.
— Да — прошла, кажется, целая вечность, в которой меня прожигал его сумасшедший взгляд, а комнату заполнили оглушительные хлипкие звуки.
Он захрипел и откинулся на подушку, мне в горло брызнула горячая жидкость, — обжигая, снова заставляя захлебываться, вызывая новые спазмы и слезы из глаз, перед которыми уже и так сверкали темные вспышки.
— Все глотай, — моя попытка отстраниться была пресечена еще одним рывком стальных рук на затылке.
Захлебываясь, я начала глотать, сама не веря, что этот ужас закончился. Сейчас… Сейчас я смогу с ним поговорить, все объяснить… А потом тщательно буду пытаться забыть об этом кошмаре. Надеюсь, он не станет вставать перед глазами каждый раз, когда ко мне будет приближаться мужчина…
Он вытаскивает свой орган из моего горла, и меня снова сжимает спазмом.
Но…
Ничего не заканчивается…
По-прежнему надавливая пальцами на мои скулы, водит головкой по губам, по кругу, придавливая их и слегка толкаясь внутрь, медленно выходя и проникая снова.
Губы уже начинают дрожать от напряжения, глаза закатываются, но я, собрав всю волю, послушно продолжаю смотреть в его совсем черные глаза.
С ужасом понимая, что, кажется, эти движения возбуждают его все больше.
Если раньше в глазах были искры, то теперь — просто угаран.
Глава 2
— Такая нежная, — хрипло бормочет он. — Втяни его в себя. Пососи.
Пытаюсь что-то промычать, но пальцы сильнее сдавливают мои скулы, заставляя слушаться через боль.
Втягиваю в себя его головку, дергаясь от еще больше помутневшего взгляда, прожигающего меня и от легкого хрипа, скорее похожего на рычание.
— Вот так, язычком еще поласкай, — хрипит мой мучитель и я, давясь слезами, слушаюсь, делая, что он говорит.
