Автор
В темной комнате мужчина медленно отрывает одежду, раскрывая свою мощь. Его изощренный страстный оргазм начинается с тонкой палочки, постепенно переходя в безудержное взбивание, заставляющее кровь в теле жертвы бешенствовать и отчаянно желать освобождения.
Отсюда вот теперь, с высоты только понимаю, какими же нарванными мы с Даном были смертниками, считавшими, что нам горы кланяться будут. Бессмертными напрочь себя ощущали тогда.
Хотя… С другой стороны, — были б мы другими, — ни хрена бы в этой жизни не добились, никуда бы из нор своих не выползли, — разве что так, на побегушках к кому-то, кто посильнее, остались бы. И таких на самом деле большинство. Всю жизнь свою в прислугах ходят, всегда хозяину кланяются и задницы чужие подтирают. Зато, блядь, — и риска меньше.
Даже особенно трогать пацанов не собирался.
Молодые еще, зеленые, — злые и голодные до всего, — до силы собственной, которую показать всем нужно, до власти этой опьяняющей, — нет, не в бабле, не в сделках, — а в том, когда жизнью — и своей и чужой играешь, — и побеждаешь, вашу мать, чудом и наглостью побеждаешь, оставляя за собой тех, кому повезло меньше, когда солидным дядькам условия свои диктовать пытаешься, — и не страшно тебе, ни что сдохнешь, ни что покалечат, — ни хера тебе не страшно, только ветер бешенный в ушах гудит и чувствуешь, будто на скорости несешься, — и раздавить тебя эта скорость может, и поломать, — но без нее ты просто со скуки подохнешь.
Знаю. Каждую мысль таких их знаю, каждый момент драйва могу заново почувствовать.
Не собирался их вычищать, — да и сколько за ними может стоять, за двумя пацанами Егоркой Шлыком и Гришкой Берегом? Мелкая банда таких же оторванных беспризовников со стволами, ничего серьезного, кроме наглости и нахрапа.
Да и, по сути, больше приин здесь оставаться не было.
Только вот червячок внутри какой-то продолжал подрызать где-то в груди.
Дан прав, — наши сложности в бизнесе в последнее время что-то все больше начинают становится похожими на некую закономерность, — тщательно кем-то спланированную.
Но что-то мне подсказывает, что больше некому замахнуться на наш процветающий бизнес, — только здесь рождаются такие смелые схемы по отжимам вполне себе неслабых империй.
А, значит, стоит все-таки поглубже разведать обстановку.
