В Плетущей читатель оказывается в ледяной тиши глухой пещеры, где каждое движение вызывает невыносимую боль и дрожь. Несущаяся смертельная сила сковало кровь, а холода и сырости проникают до самых костей. Атмосфера непроглядной темноты и жуткой одиночества растекается по каждой странице, создавая невероятный эмоциональный подъем....
Она вцепилась в плечи Рокеля, его губы оказались на её шее, Ена невольно застонала в голос от прикосновения зубов и языка. Растерянная смесью испуга, смятения и внезапного желания, Ена тяжело задышала, по коже поползли мурашки, пока длинные волосы Рокеля щекотали кожу груди. Она позабыла, что вообще происходит, когда его губы накрыли её. Это был страстный поцелуй без капли смущения или невинности. Рокель продолжал размеренно двигать бёдрами, и каждое притворное движение рождало в голове Ены десятки картин о том, как это могло бы быть, сними он штаны.
– Ну что за шум?! – рявкнул Рокель, с видимым раздражением оторвавшись от губ Ены.
Она хрипло дышала, перед глазами плясали пятна, не позволяя рассмотреть незнакомцев.
– Прошу простить, мы не… хотели… там просто…
– Не хотели, так выметайтесь, – холодно предложил Рокель.
Ена спрятала лицо на голой груди Рокеля, притворяясь смущённой.
– Мы не…
Рокель уже не слушал, он демонстративно вернул всё внимание к Ене, нашёл её губы, языком вынудил их раскрыть, и девушка застонала, стоило его рукам собственнически пройтись по её груди и стиснуть талию.
– Говорил вам, что занят он, – строго напомнил сеченский дружинник.
Незваные гости попятились, послышалось недовольное ворчание, дверь захлопнулась, и голоса совсем стихли. Рокель сделал ещё несколько толчков бёдрами, но поцелуй оборвал, только когда воздуха им стало не хватать."
"Рокель не торопился вставать или отодвигаться, лишь приподнялся, опираясь на руки. Ена тоже не требовала слезть с неё, она в целом забыла все нужные слова, оставаясь лежать и шумно дышать в попытках усмирить сердцебиение.
