В Плетущей читатель оказывается в ледяной тиши глухой пещеры, где каждое движение вызывает невыносимую боль и дрожь. Несущаяся смертельная сила сковало кровь, а холода и сырости проникают до самых костей. Атмосфера непроглядной темноты и жуткой одиночества растекается по каждой странице, создавая невероятный эмоциональный подъем....
Она безропотно следовала на Рокелем, не только потому, что он её тащил, но и потому, что у неё самой не было ни единой идеи, как притвориться, что она с Яном даже не встречалась. Вдруг кто видел её уходящей из светлицы поздно?
Они стремительно преодолели несколько коридоров и другую лестницу. Поднятый мёртвым телом переполох звучал далеко и приглушённо, но голосов становилось больше. Ена врезалась в спину Рокеля, который резко затормозил перед своей спальней. У дверей стоял один из его соратников.
– Мы были здесь не менее двух часов.
– Вернулись после ужина, – вытянувшись по стойке «смирно», отчитался дружинник и отступил от двери, пропуская Рокеля и Ену.
Девушка ахнула, когда княжич втащил её в сумрачную спальню. Буквально за одно движение он стянул с себя рубаху, скинул обувь. Ена разве что рот растерянно раскрыла, заметив в руках Рокеля кинжал.
– Не шевелись.
– Что ты… – Ена не договорила, голова дёрнулась в сторону коридора. Послышались топот ног и встревоженные мужские голоса.
Рокель дёрнул пояс её сарафана.
– Что ты делаешь? – испуганно спросила Ена, не зная, за чем следить: за шумом за дверью или за Рокелем, которого она едва различала в темноте.
– Не дёргайся, – повторил он, и Ена оцепенела, ощутив лезвие на плечах.
Рокель перерезал лямки, и её сарафан упал на пол, следом он распорол её нижнюю рубаху на плечах и рукавах.
– Сосредоточься, Ена. Ты просила придумать прикрытие для нас обоих, я придумал. Подыгрывай.
– В чём поды…
Она задохнулась, когда Рокель придавил её своим телом, устроился прямо между бедёр, дёрнул Ену за лодыжки, вынудив обхватить его ногами.
