Автор
В степях разворачивается игра амбиций и страстей. Князю нужен выгодный брак и политический союз, его брату — власть. Невеста презирает жениха, а чужеземная знахарка вынашивает месть. Между честью, любовью и долгом четверо героев ищут свой путь в мире, где каждый шаг может стать роковым.
Теперь у него кружилась голова да подкатывала к горлу тошнота после каждого проведенного верхом дня. Он чувствовал себя уставшим, словно вот-вот развалится, коли кто тронет посильнее.
— Мыслишь, нападут? — дядька Крут, переждав, пока земля перестала плясать у него перед глазами, подошел к князю и стал рядом, поправил туго затянутый воинский пояс.
— Да пес их, выродков, разберет.
Ярослав скривился. Числом его отряд, может, и не уступал наемникам с Севера, но вот по воинскому умению те их превосходили. Князь оставил старшую дружину в тереме на Ладоге, взял с собой лишь молодшую — потешиться, проехаться по соседним княжествам. Не раз он уже пожалел о своем решении, хоть и не должно князю жалеть и сомневаться. Нужно было послушать, что советовали ему воеводы и — диво — бояре.
Были они едины в том, что следует князю поехать вместе со старшей гридью. Путь предстоит ему неблизкий да по чужим княжествам, да мимо Степи. Был со всеми у Ярослава нынче мир, то правда, но сколь хрупок тот мир, сколь мало нужно, чтобы нарушить его…
Да что нынче говорить! Сделал, как сделал. Может, будет в другой раз мудрее, коли случай выдастся.
Когда подле князя и воеводы собрались кмети, Ярослав велел сложить костер поближе к ручью, а навесы и палатки выставить перед костром полукругом, чтобы ручей помешал обойти их со спины. Дружина поглядывала на князя удивленно, но все молчали. Глупых и праздных вопросов никто не задавал.
— Двух дозорных подальше от лагеря поставим. Тут и тут, — Ярослав махнул рукой поочередно в две разных стороны. — Кричите ночной птицей, коли что услышите.
Когда Горазд вместе со всеми принялся тянуть палочки, чтобы решить, кому отправляться в дозор, князь остановил его:
— Ты останешься при мне.
Вспыхнув, мальчишка посмотрел на него ошеломленно и самую малость обиженно. Но князю не перечили, потому он смолчал, проглотив обиду. Тем временем, в дозоре выпало стоять отроку Вышате и кметю Гостомыслу. Горазд проводил их больным взглядом.
— Что, княже, ждешь нынче незваных гостей? — к ним в мокрой рубахе подошел воевода Некраса Володимировича Храбр. Его сын, Бажен, держался чуть позади отца.
По лицу и шее воеводы стекали крупные капли воды. Успел ополоснуться в ручье после долгого дня верхом по дорожной пыли.
— Жду, Храбр Турворович, — Ярослав кивнул и расстегнул застежку плаща, закатал повыше рукава рубахи."
"Окунуться в ручей при виде посвежевшего воеводы хотелось нестерпимо.
— Принеси водицы, — тихо попросил крутившегося подле Горазда.
