Автор
В заброшенном парке-памятнике где играют тачки и царевы — злые духи местных богатых семей. Даниэль и Мелка держатся за секрет, но чем старше становится Даниэль, тем больше он начинает сомневаться в ценности этого узкого мира.
— Разве можно тренироваться ребенку без завтрака? — качает осуждающе головой Серафима.
— Дина завтракает, — ледяным тоном.
— Тогда, тем более, нужно отвезти ее в больницу. У нее очевидно низкий сахар.
— А Вы что — врач?
— Педиатр.
Высокомерное выражение лица фрау чуть стекает.
— Конечно, — холодная улыбка со скрытой ноткой презрения. — Обязательно вызовем нашего, — акцентирует она, — врача. Дина! Как ты себя чувствуешь?
— Нормально… — исподлобья смотрит на нее Дина.
— Ну а если нормально, иди в дом!
— Пусти, Дагер, — шипит Динка.
Притягиваю к себе, поднимая второй тост с блюдца. Подношу к ее губам.
— Ешь.
— Я сыта уже! Все! — дергает бровями.
— Сейчас будет гастрономический износ, Царева, давай не будем шокировать Серафиму? — шепчу ей. — Открывай рот.
Не без удовольствия всовываю ей тост, заставляя откусить. С недовольным мычанием жует. Скармливаю ей тост до конца, облизывая губы. Отпускаю. Пятится…
— Ничего не хочешь сказать своему ангелу? — поднимаю бровь.
— Ааа… Да. Агнии — спасибо за заботу.
Да черт возьми! Обескураженно смотрю ей в спину. Ну, как же с объяснениями, «ангел»? Что мне — на всю улицу орать? Момент упущен. Надо искать другой.
Глава 20. Белый плащ
ДинаБелла в гостевой собирает вещи. Я жду ее внизу.
Дагер… Меня словно искупали в его запахе. И два раза за день принятый душ и другая одежда ничего не изменили. Веду носом по своему запястью. Запаха быть не может. Но я его чувствую и все! Тонкий, едва уловимый. Аристократичный хрусталь с тяжелой нотой горького дыма.
Но клинический мерзавец, к несчастью. И самое страшное — в «Белом плаще». Вот этот плащ сильно сбивает с толку. И сейчас опять сбивает.
Крамольная мыслишка, что он мог измениться закапывается мной заживо, с остервенелым энтузиазмом. Не мог!
А сейчас выслуживается перед Асей. Хотя Семен Решетов ему друг. Вот как так?!
На улице нас ждет такси. Мы опять выезжаем с Дагером одновременно.
— Дина, мама задерживается еще на неделю.
— Хорошо.
Отлично! Прекрасно! Чудесно!
— У спортсмена бывают спады, — строго смотрит она мне в глаза. — Это нормально. Но если речь идет о выходе на финишную прямую, нужно бросить все усилия на результат. Рыдать, умирать, болеть, впадать в депрессию — это все потом. После того, как результат достигнут. А сейчас — напрягись. Забудь про все, кроме цели.
