Автор
Я выбираю мелирование, чтобы преобразиться на Новый Год. Темные нюдовые тонкие линии подчеркнут мои контуры, а не привлечет к себе лишнее внимание. Уже столько времени прошло со снятия маски после долгой болезни, что мне хочется выглядеть как новая, невзирая на усталость и тоску по нормальной жизни....
Еще раз с Новым годом!»
«С Новым годом, Вера», – набираю и стираю, набираю и стираю.
– Пап!
Подпрыгиваю, как застуканный за дрочкой юнец.
– Ну и напугал же ты меня! Что?
– Макс хочет есть. Идем?
– Да-да, конечно. Сейчас только гляну, как там поживает наш гусь.
– Ты его сжег, – пожимает плечами.
– Эй! Я не теряю надежды, что когда-нибудь он получится. Вдруг этот день настал?
В конечном счете, так ничего Вере и не ответив, сую телефон в карман и плетусь в кухню. Беру прихватки. Открываю духовку. Чудо-чудное, но шкура монстра в этот раз и правда не сильно обуглилась.
– Смотри, какой красавец! Садись скорей, я тебе точно говорю – такой вкуснятины ты еще не пробовал.
Макс послушно устраивается за столом. Я суечусь, разделывая тушку на порционные кусочки. Выглядит это и впрямь очень вкусно. Аж слюни текут.
Пушистая елка, установленная в углу, подмигивает огоньками гирлянды.
"Наполнив тарелки, возвращаюсь к столу. Окидываю все придирчивым взглядом. Ну, все что мог, я сделал – даже салаты из магазинных контейнеров пересыпал в приличные тарелки. И хрустальные бокалы купил. Под шампанское, которое ненавижу, но которое почему-то принято пить в Новый год. Снимаю мюзле, осторожно, чтобы пробка не выстрелила, вынимаю.
«Кукушка»…
Новой год врывается вместе с доносящимися с улицы воплями, смехом и взрывами фейерверка. И ее тихим щебетом в ухо:
– Ну, привет, Меринов! С Новым годом.
А я все никак не отдышусь, блин.
– И тебе не хворать. Че надо?
Взрыв за взрывом, взрыв за взрывом… В окне всполохи.
– Все нормально, Макс. Это просто салюты.
