В зеркальном отражении души Лайсы, Шарлотта чувствовала то же одиночество и смятение. Постучав кулаком по твердому конверту, она ощущала приближение неизвестной угрозы. Внутренняя битва за самообладание казалась безнадежной — как лезвие ножа, пронзающее сердце каждого читающего страницы этой загадочной повести "По лезвию грани"....
Похоже, что у нас было… не лучшее образование, как таковое, но, возможно, больше стимулов использовать его. Они учатся, но почти не думают.
За спиной Себастьяна Софи что-то беззвучно прошептала.
К ним подошла женщина в темно-синей униформе прислуги замка и, поклонившись, протянув Шарлотте маленькую карточку.
— Леди де Ней эль-те Рен.
— Прошу прощения. — Шарлотта улыбнулась Себастьяну и взяла карточку. — Спасибо.
На карточке красивыми каллиграфическими буквами было написано:
Его высочество лорд Роберт Бреннан сердечно просит Вас составить ему компанию на танце «Риога».
Шарлотта моргнула. Танец «Риога» был старой традицией. Зал освобождали под танец, и одна пара… один из партнеров которых был королевской крови, но не был правящим монархом, танцевали в одиночестве. Это было официальное начало бала и привилегия, за которую большинство женщин здесь убило бы в буквальном смысле слова.
— Похоже, я буду танцевать «Риогу», — сказала она.
— Поздравляю. — Себастьян склонил голову. — Какая честь.
Прежде чем он выпрямился, Софи снова что-то прошептала.
"— Уступите дорогу Великому тану! — рявкнул глашатай.
Шарлотта присела в реверансе. Как один, дворяне вокруг нее поклонились.
Из дверей высыпала процессия, возглавляемая Великим таном, огромным, как медведь, человеком с гривой совершенно седых волос. Маркиза Луизианы, его будущая супруга, которая шла рядом с ним, казалась крошечной по сравнению с ним. Она была всего на пять лет моложе, но двигалась с грацией гораздо более молодой женщины.
За ними бок о бок шагали ближайшие члены обеих семей. Шарлотта заметила Бреннана прямо за спиной Великого тана. Он выглядел просто великолепно в облегающем камзоле, чей красный оттенок был таким темным, что казался почти черным. Чертов ублюдок.
Процессия пронеслась мимо собравшихся. Великий тан подвел маркизу к двум троноподобным креслам. Она села.
Женщины в зале встали, Шарлотта вместе с ними.
Бреннан шагнул вперед.
— Пора, миледи, — сказала женщина, доставившая приглашение.
Софи улыбалась. В ее улыбке было что-то глубоко тревожащее.
В круге Бреннан кивнул Шарлотте.
— Миледи, пора, — снова подсказала женщина.
Губы Софи снова зашевелились.
Паук.
Себастьян был Пауком. Мать Рассвета. Я оставляю Софи стоять рядом с Пауком.
Первые ноты «Риоги» плыли по ветру.
