В зеркальном отражении души Лайсы, Шарлотта чувствовала то же одиночество и смятение. Постучав кулаком по твердому конверту, она ощущала приближение неизвестной угрозы. Внутренняя битва за самообладание казалась безнадежной — как лезвие ножа, пронзающее сердце каждого читающего страницы этой загадочной повести "По лезвию грани"....
Теперь, год спустя, он владеет всем, что ты сейчас видишь. Старые криминальные авторитеты, управлявшие Котлом, установили определенные границы. У них были семьи и деловые интересы, и они не хотели рисковать ими. У Пэрриса ничего не было. Он прорвался сквозь них и захватил всю их территорию. Он убивал любого, когда считал нужным, без всяких оговорок и угрызений совести.
— Зачем кому-то следовать за ним? — Рано или поздно кто-то вроде него обернется против своих людей.
Ричард покачал головой.
— Джейсон не психопат.
Ричард остановился, и Шарлотта остановилась рядом с ним. Сплошная стена зданий здесь была особенно ветхой, тент бледным и выцветшим от некогда глубокой ржавчины до бледного, печального оранжевого. Во всех направлениях к стене были прибиты обломки досок.
— Почему мы остановились? — пробормотала Шарлотта.
— За нами наблюдают часовые, — сказал он. — Один на другой стороне улицы на крыше, второй справа в лодке, а еще один прямо над нами на балконе, слушает все, что мы говорим. Они доложат Джейсону, а мы подождем здесь и посмотрим, захочет ли он нас видеть.
Она наклонилась ближе к нему.
— А если нет?
— Тогда я постучу, — сказал Ричард.
Стена дома позади них раздвинулась. Появилась старуха в бесформенном красном платье и с красным шарфом на голове. Она помахала им сморщенной коричневой рукой и исчезла внутри во мраке.
— Нас пригласили. — Ричард улыбнулся.
— Действительно.
— Следуй за мной, пожалуйста.
Он зашагал по узкому коридору. Собака побежала за ним. Она вошла в дверь последней, командуя тыловым подразделением, или как там это называется по-военному.
