В зеркальном отражении души Лайсы, Шарлотта чувствовала то же одиночество и смятение. Постучав кулаком по твердому конверту, она ощущала приближение неизвестной угрозы. Внутренняя битва за самообладание казалась безнадежной — как лезвие ножа, пронзающее сердце каждого читающего страницы этой загадочной повести "По лезвию грани"....
Ричард вытащил из сумки выбеленную белокурую косу Вошака и бросил ее криминальному авторитету. Пэррис поймал ее в воздухе и посмотрел на светлые пряди.
— Когда?
— Около десяти часов назад.
— Кто-нибудь остался из его команды?
— Нет.
Пэррис взглянул на арбалетчика и подбросил косу в воздух. Болт просвистел и вонзился в противоположную стену, надежно закрепив ее на месте.
Криминальный авторитет повернулся к Ричарду.
— Ты приносишь мне такие прекрасные подарки, Охотник. Что тебе надо?
— Сегодня в одиннадцать к северу от города пришвартуется невольничий корабль.
Пэррис наклонился вперед, его глаза внезапно стали хищными.
— Они отвезут их на Рынок.
— Да. Одна маленькая проблема: команда работорговцев мертва, и им не удалось захватить ни одного раба. Если бы кто-то командовал такой командой, то этот кто-то мог бы занять их место.
Криминальный авторитет улыбнулся. Это была леденящая душу улыбка.
— Знать бы такого человека с такой командой!
Ричард пожал плечами.
— Он может оказаться ценным человеком. Он станет довольно богатым, но, что более важно, он станет человеком, который разграбит Рынок.
Пэррис поднял бровь.
— Безопасность на острове направлена на борьбу с беглыми рабами и разгневанными клиентами. Они не ожидают нападения пары десятков вооруженных бойцов. Это возможность получить деньги от работорговли, барыши агентов покупателей и шанс отомстить.
— Рискованно, — сказал Пэррис. — Мы не знаем, насколько хорошо охраняется это место.
— Нет мужества, нет славы, — процитировал Ричард.
Рискованно — это еще мягко сказано, подумала Шарлотта. Этот план, который вынашивал Ричард, заставил закоренелого преступника задуматься, а он даже не упомянул о нем заранее. Одно дело «беспрекословное повиновение», и совсем другое «не использовать весь свой потенциал». Ей придется указать ему на это, когда они останутся одни.
— Какую долю ты хочешь? — спросил Пэррис.
— Никакую. Мне нужен бухгалтер, и он нужен мне живым.
Криминальный авторитет задумался. Она чувствовала, что Пэррис колеблется. Им нужно было предложить ему что-то, что склонит чашу весов в их пользу. Что они могут ему предложить? Что могло заинтересовать криминального авторитета? Деньги, конечно, но даже если бы она могла получить доступ к своим финансам, она сомневалась, что только деньги заставят его рисковать своей жизнью и своими людьми.
