Автор
Молодой человек оказывается в отчаянном положении и вынужден обратиться к опасному криминальному авторитету. Между ними завязывается опасная игра, где власть и влечение переплетаются. Герою придется пожертвовать собой, чтобы выжить в мире, где правит закон сильного.
А если бы Лешка узнал, что я переспала с Гордеевым, то что? Он выпорол бы меня? Запер бы дома? Я давно совершеннолетняя.
Вернувшись домой, я стараюсь успокоиться, посмотреть на ситуацию глазами брата. Да, когда-то мы были близки, но сейчас мы оба слишком взрослые, а установки остались прежние, из детства.
Сами собой руки потянулись к старым фотоальбомам, где на снимках запечатлено наше счастливо детство."
"Вот мы сидим на крыльце подъезда, у Лешки в руках рогатка, а у меня заплыл один глаз. На самом деле причиной был обычный «ячмень», но выглядит так, будто мы обнимаемся после суровой битвы. И еще много подобных моментов, которые воскрешают в памяти светлые воспоминания. Взбаламученная душа успокаивается. Ближе, чем мама и Лешка, у меня никого нет. Глупо копить обиды.
Альбом за альбомом я добираюсь до маминых.
У меня мелькает шальная мысль, что среди них есть альбомы с фотографиями учеников. Возможно, я смогу увидеть там Дениса. Эта мысль кажется мне немного стыдной, но привлекательной, поэтому поборовшись с собой, я все-таки прочесываю мамины талмуды и нахожу то, что ищу.
Он тут совсем такой же и в то же время совсем другой. Фотографий немного, несколько групповых фото на фоне березок с молодой листвой, видимо, в конце учебного года, парочка в актовом зале и… несколько фоток, раздражающих меня наличием на них Ольги, которая практически висит на Денисе.
Судя по антуражу, это или выезд на какой-то День здоровья или трудовой лагерь, большие компании смеющихся подростков, многие мальчишки обнимают девчонок, но только в том, как Ольга прижимается к Гордееву, мне видится что-то неприятное и захватническое. Мерзкая баба.
Денис не говорил, что учился с ней.
И одергиваю себя: а должен был?
Не забывайся, Ксюша. У вас совсем другие отношения.
Но несмотря на разумные доводы, настроение отчаянно портится. Снова. Хочется кому-нибудь сказать гадость. Желательно Ольге или Гордееву.
Словно в ответ на мои желания, раздается рингтон моего телефона.
Злобно захлопнув альбом и запихнув поглубже в ящик, я отвечаю на звонок, даже не посмотрев, кто там.
– Ты помнишь, что завтра мы едем к Мише? – ни тебе здравствуйте, ни тебе как прошел день.
Понятно, что злюсь я совершенно беспричинно, но довольный голос Гордеева бесит меня, подогревая злость, кипящую внутри еще больше.
– Да, конечно. Во сколько мне быть готовой? – я отвечаю подчеркнуто нейтрально. Немного из-за обиды, но в основном, чтобы напомнить себе свое место.
