В поисках древних тайн, в маленьком городке забытых сокровищ открывается загадочная история: каждый новый фрагмент раскрывает шрамы прошлого, переплетающихся со скрытыми потайными путями. Здесь нет обычных героев — только те, кто ищет в этих местах нечто большее, чем просто земля и небо....
Они могут быть относительно обученными, дисциплинированными и даже неплохо вооружёнными, но против хорошо обученных воинских подразделений не потянут. То есть, могут при определённых обстоятельствах. Но эти обстоятельства нужно ловить или создавать самому.
— Предлагаешь ударить первым? — догадался комиссар.
— В точку, Остап Богданович. Наш единственный шанс победить — ударить первыми. Пока они не ждут.
— А что, хорошая мысль, — оживился Нечипоренко. — Я всегда говорил, что немца нужно выбивать из Лугин. И вообще — бить.
— Тогда, когда ты это говорил, Иван Сергеевич, было ещё не время. Опять же дело было после коньяка, — Максим подмигнул. — А сейчас мы трезвые.
После ужина приступили к детальной разработке плана, а утром, сразу после завтрака, Нечипоренко выстроил отряд на импровизированном плацу — хорошо утоптанному прямоугольнику земли размером с половину футбольного поля. Весь отряд.
— Товарищи! — обратился он к людям. — До сих пор у нас всё складывалось удачно. Но теперь нам стало известно, что немцы в самое ближайшее время собираются ударить по нашему лагерю силами пехотной роты, расквартированной под Лугинами.
— Это там, где до войны наша танковая часть стояла? — подал голос Валерка Шило.
— Там, — подтвердил Нечипоренко. — Ты, Валера, помолчи, когда командир говорит. Слова тебе пока не давали. Взял моду, понимаешь, перебивать…
— Как скажешь, начальник, — ухмыльнулся Шило.
— Я тебе не начальник, я тебе командир, — в голосе Нечипоренко прорезался металл. — Так что брось свои блатные замашки и веди себя, как положено.
Он помолчал, собираясь с мыслями.
Партизаны тоже молчали. Многие бросали на Валерку осуждающие взгляды.
— Да я что, я ничего, — пробормотал тот едва слышно.
"— Продолжаю, — сказал Нечипоренко. — Мы решили не ждать, а нанести упреждающий удар. Для этого опаснейшего дела нужны добровольцы. Мужчины. Женщины пусть не обижаются, сразу говорю, дело очень опасное, мужское. Кто готов рискнуть жизнью, шаг вперёд.
Ряды партизан качнулись, мужчины шагнули вперёд. Все, как один. Включая дядьку Акима, Моисея Яковлевича и двенадцатилетнего мальчика Яшу.
— Спасибо, — дрогнувшим голосом произнёс командир отряда.
