В поисках древних тайн, в маленьком городке забытых сокровищ открывается загадочная история: каждый новый фрагмент раскрывает шрамы прошлого, переплетающихся со скрытыми потайными путями. Здесь нет обычных героев — только те, кто ищет в этих местах нечто большее, чем просто земля и небо....
— Зачем сразу немецкого. Нашего, гражданского. Не все же успели эвакуироваться, кто-то должен был остаться.
— Нереально, — покачал головой младший лейтенант. — Все больницы по эту сторону фронта, уверен, отданы под немецкие госпитали. А наши хирурги — те, кто не успел или не захотел эвакуироваться, или сидят по домам или служат оккупантам. Кто по принуждению, а кто и добровольно. Говорю же, выход только один — к нашим, через линию фронта.
— КИР, какой твой прогноз, Николай выдержит такую физическую нагрузку? — спросил Максим.
"— Он-то выдержит, — ответил КИР. — А вот его сердце — не знаю. Там всё на ниточке висит. В любом случае идти прямо сейчас нельзя, нужно подождать, пока наноботы хотя бы рану затянут на спине и на ноге и малую бедренную кость срастят.
— Это понятно, — сказал Николай, — со сломанной ногой много не находишь. Сколько ждать? Месяц?
— Ну что ты, — сказал Максим. — Гораздо меньше. Думаю, ещё три-четыре дня. Так, КИР?
— Примерно так, — подтвердил Корабельный искусственный разум. — Буду наблюдать.
— Три-четыре дня — куда ни шло, — сказал лётчик. — Поразительные у вас, в будущем, достижения медицинские. Залечить такие огнестрельные раны за три-четыре дня, да ещё и ногу сломанную починить — это прямо чудеса. Сказка! Вот бы нам такую медицину — раненых бойцов и командиров на ноги ставить быстро. И не только медицину, — он обвёл глазами жилой отсек. — Я забыл спросить, эта штука, корабль твой космический, в атмосфере летать может? Как самолёт.
— Нет, — ответил Максим. — Только взлетать и садиться.
— Как ты догадался? — белозубо улыбнулся лётчик.
— Это было нетрудно. Вынужден разочаровать.
— Да ясно-понятно всё, — нетерпеливо махнул рукой младший лейтенант. — Сейчас это невозможно. Но потом, когда Красная Армия сюда вернётся и освободит Украину? Уверен, такой корабль лишним не будет. Слушай, — воодушевился он. — Зачем ждать освобождения? Перейдём линию фронта, расскажем всё.
Максим молчал, думал.
