В тени городских фонарей, Маша чувствует острый шок от реальности: ее гипнотизирует холодный взгляд и уверенность в собственной правоте. Но внутри у нее растет ненависть — к его лжи и к своему собственному бездействию. Как бы далеко она ни побежала, каждый шаг таит опасность: он может догнать и перерезать шею в любую минуту. Этот мир, казалось бы, идеален — но как же больно оказаться под его маской благосклонности....
Успеваю спасти документы, убирая их в ящик, отдавая на растерзание моей юной художнице ежедневник.
— Привет, конфетка, — целую мою девочку в мягкие волосы и поправляю ободок с ушками. — Ну и кто ты у нас сегодня?
— Киса, — Поля ведёт бровями, строя мне глазки, и складывает губки бантиком. Ей всего два года, а она уже маленькая кокетка.
— Ты мой котенок, — усмехаюсь я и отодвигаю чашку с кофе, к которой она уже тянет руки.
— И откуда вы такие красивые? — спрашиваю я, смотря, как Стефания поправляет Димке ворот рубашки.
— Мы гуляли, — отвечает Стефания. А я ловлю ее взгляд и понимаю, что моя жена чем-то недовольна. Она улыбается, но я чувствую, что внутри бушует буря, ещё немного и она убьет меня взглядом."
"Интересуюсь делами сына, а сам разговариваю взглядом с женой. Выгибаю брови, смотря, как она прищуривается и кусает губы.
Прошу секретаршу принести нам кофе, а детям — сок и сообщаю семье, что мы летим отдыхать, показывая путевки.
— Нам пора! — сообщает Стефания, так и не выпив кофе. — Ты с нами или поработаешь? — последнее слово она проговаривает с недовольством. Да ты моя хорошая, я же долго буду из тебя вытрахивать недовольства, — думаю я усмехаясь.
— Стойте! Дима, бери сестрёнку и поезжайте домой, посидите часик с няней. А мы со Стешей обсудим дела.
