В тени городских фонарей, Маша чувствует острый шок от реальности: ее гипнотизирует холодный взгляд и уверенность в собственной правоте. Но внутри у нее растет ненависть — к его лжи и к своему собственному бездействию. Как бы далеко она ни побежала, каждый шаг таит опасность: он может догнать и перерезать шею в любую минуту. Этот мир, казалось бы, идеален — но как же больно оказаться под его маской благосклонности....
— Продолжай двигаться и отвечай на вопросы! — отпускает мою шею, перехватывает бедра и задаёт темп, вынуждая насаживаться на него сильнее, глубже, быстрее, создавая всплески воды, которая разливается на пол.
— Это мой…, - не могу говорить, потому что это невыносимо хорошо, внутри зарождается экстаз. — Мой…, - стону, когда его губы ловят соски и сильно втягивают посасывая.
— Кто?! — Романов включается сам, подаваясь бедрами, совершая медленные, но сокрушительные толчки. Я настолько открыта, что выпаливаю всю правду, совершенно не понимая, зачем мы сейчас об этом говорим.
— Это мой бывший! Ааааах! — кричу, когда он запускает между нами руку и нажимает на клитор, начиная медленно и нежно его массировать контрастом с грубыми толчками. Другой рукой тянет меня к себе за волосы.
— Какого хрена он сейчас вьется рядом с тобой?! — вкрадчиво спрашивает в ухо, а мне кажется, я на грани оргазма и совершенно не способна отвечать на вопросы. Расцарапываю его плечи, потому что это невыносимо хорошо, начиная содрогаться от каждого толчка.
— Отвечай! — Романов замирает, прекращая двигаться и ласкать меня, а мне хочется рыдать, потому что я была так близка к нашему раю. Вновь обхватывает мою шею начиная медленно сжимать.
— Мы хорошо расстались и просто дружим! — выкрикиваю я, цепляюсь за его руку на шее."
"— Чтобы больше не видел его возле тебя! — рычит мне в губы, начиная вновь двигаться, но сжимать шею не прекращает. — Расслабься, просто чувствуй, отпусти себя, — вбивается в меня быстрее и быстрее.
Прихожу в себя, только когда Романов поглаживает меня по спине.
— Ты чуть меня не придушил, — хрипло смеюсь в его шею.
— Это всего лишь скарфинг. Эндорфин, вырабатываемый в случеи нехватки кислорода, способствует временному помутнению сознания, достижению практически наркотического кайфа, а усиленный приток крови несёт умопомрачительный оргазм, — хрипло разъясняет он, так и не выходя из меня. — Тебе не понравилось. Было плохо?
— Ммм, — мурлычу ему в шею и слегка целую.
— Тебе понравилось, — усмехается Романов.
