В тени городских фонарей, Маша чувствует острый шок от реальности: ее гипнотизирует холодный взгляд и уверенность в собственной правоте. Но внутри у нее растет ненависть — к его лжи и к своему собственному бездействию. Как бы далеко она ни побежала, каждый шаг таит опасность: он может догнать и перерезать шею в любую минуту. Этот мир, казалось бы, идеален — но как же больно оказаться под его маской благосклонности....
Я просто пьяна… пьяна и связана… повторяю про себя, оправдывая реакцию на этого мужика. — Зачем сопротивляться? — выдыхает между жадными поцелуями, на которые я отчаянно отвечаю, обвивая ногами его торс от нетерпения. — Твое тело подчиняется мне, отдай мне разум, — требовательно просит он, сжимает клитор и мучительно медленно проскальзывает в меня, входя на всю длину, растягивая, вынуждая простонать в его порочные губы. Глеб подхватывает меня под поясницу, приподнимает бедра, проникая глубже, до самого конца, начиная медленно раскачиваться.
А потом я действительно теряю разум и растворяюсь в этом мужчине. Меня сводят с ума его медленные, но глубокие толчки, его поцелуи, которые лишают дыхания, его сильные, но нежные руки и наши общие стоны в губы.
Наши тела сплетаются и покрываются потом, наши губы болят от поцелуев, а дыхание сбивается. Мы одно целое, мы горим друг другом. Ещё немного и нас спалит дотла! Нас трясет, мы подходим к грани.
* * *Пробуждение даётся с трудом. Голова тяжёлая, тело ватное и полная апатия. Будто из меня вытянули все силы и энергию.
