Автор
В зале заставленном глиняными тарелками и шумным весельем царила напряженная тишина - лишь монотонное бульканье бутылей подчеркивало разлад в этой мирной казалось бы вечеринке. Неожиданный приход "Хозяина" и его команды нарушал это покой, их холодные взгляды скользили по каждому гостю как будто искали чего-то необычного или ошибку....
Три месяца воевал, при атаке на немецкую комендатуру был ранен, попал в плен, через месяц бежал, убив конвоира. Из слоняющихся по лесам красноармейцев и местных жителей сколотил отряд, где стал командиром. Нападал на немецкие разъезды, жёг комендатуры, рвал поезда. При соединении с регулярной армией проявил строптивость, отказавшись сдавать личное трофейное оружие. Вступил в конфликт с особистами, двух из них покалечил. Дальше понятно – приговор и Сибирь…
Образование? Филологическое. Хорош филолог, который челюсти с одного удара сворачивает!
Лицо открытое, располагающее.
Дальше…
Дальше…
Дальше…
Перекладываются папочки. Справа убывают, слева – растут.
Читает «Хозяин», лица рассматривает, ногтем чиркается. Прочитает – отложит папочку, другую возьмёт…
Не папки – судьбы справа налево перекладывает.
* * *– Этого… Этого… Этого… Этого… И этого…
Пять папок легли в сторону.
– Привезёшь их в Москву. По одному. Зачем им встречаться, зачем разговоры говорить? Привезёшь, поселишь на Петровке или в Столешниковом переулке, поближе к Большому театру.
– А если они в туалет захотят?
– Зачем такой непонятливый? Ведро возьми, в углу поставь. Я при царском режиме в тюрьмах в ведро ходил. Ведро полное станет – вынесешь.
– А если кто-то придет?
– Ты почему такой боязливый? Почему боишься всего? Если кто-то придёт – не открывай.
– А долго нам там… жить?
– День, два, три. Ты мне номер квартиры скажешь, и ключ дашь от чёрного хода. Я оттуда приду. Сам приду. Только ты никому не говори.
– Так точно, товарищ Сталин!
– Тогда ступай! Эй, стой, деньги возьми квартиру снять.
– У меня свои есть.
– Зачем свои, не надо свои. Мои возьми. Товарищу Сталину чужие деньги не нужны…
* * *Балет в Большом. Премьера. Зал заполнен до отказа.
Потому что члены ЦК и правительство любят искусство и актёров, и актрис. Жалует и привечает всячески. И премьер не пропускает.
В главной ложе Сталин, Молотов, Микоян и другие известные всей стране персоны. И начальник охраны Власик, который не спектакль сюда пришёл смотреть, а товарища Сталина от злодеев оберегать, потому как перед ЦК головой за него отвечает.
