Автор
Катерина наступила на двадцать первый год и встретилась со сложностями уже в рождественские дни. Весь декабрь был морозным, а тревожные сообщения от старшей сестры Ариши лишь усилили ее беспокойство. Катерина присоединялась к очередям за гуманитарной помощью и антибиотиками, пытаясь хоть как-то помочь семье. Такие испытания приближали Рождество, когда еще больше верилось в чудеса помощи....
— Он просто не знал, что я у него есть! А теперь знает!
— Владюш, ну что ты заладила про папу?.. — не выдержала я. — Давай лучше про корги поговорим!
— Просто, я не знала, что у меня есть папа! Я теперь не могу про него не думать! Он должен жить с нами, понимаешь?! Ты понимаешь это, мама?!
Карие глазки пылали отчаянием.
— Кушай, а то остынет, — ласково попросила я. — С папой потом разберемся.
— Ладно!
Влада поморщилась от боли в горле и принялась есть кашу.
«Вот только болезни нам не хватало в довершение всего», — с тревогой взглянула на нее я.
После завтрака я заставила ее пополоскать горлышко и дала леденцы.
В начале двенадцатого раздался звонок телефона. Я как раз надевала свое вязанное платье, стараясь не задеть руку, и едва успела ответить на звонок.
— Катюша, привет! — раздался голос Артура в трубке. Стальной, недовольный.
Сердце ушло в пятки. Неужели, чувствует, гад, что я на встречу с другим мужчиной собралась?
Нет, мне не хотелось с ним разговаривать. После всего, что со мной случилось, я вздрагивала при одном упоминании его имени.
— Доброе утро, Артур Олегович!
— Слушай, ну какой я тебе Артур Олегович, а?.. Ты лучше скажи, почему Таня тебя в другое здание перевела?
— Ну, так… в связи с повышенной нагрузкой, разве нет?
— А кто разрешил без моего ведома тебя переводить?! Кто, Катя?!
— Я… я не знаю. Таня сказала, что нам не хватает сотрудников, вот я и согласилась на перевод… — оправдывалась я. Врала, конечно. По спине полз липкий страх от тона, которым он со мной разговаривал.
— Таня, значит, сказала!.. — зло выдохнул он. Несколько мгновений помолчал, а потом продолжил совершенно другим тоном: — Кстати, как ты себя чувствуешь? Как рука? Я сегодня приеду во второй половине дня. Отвезу тебя к доктору, пусть посмотрит. Может, швы снимать пора.
— Не надо! Я уже еду на прием."
"— Постой, как, едешь? Одна?!
— Нет, с дочкой. Я уже в такси, Артур Олегович. Не стоит беспокоиться.
— Кать, ты обиделась, что ли?
Я нервно усмехнулась.
— Кто вам сказал?
—Ты что, в обычную поликлинику собралась? Да ты там полдня в очереди просидишь! Нет, разворачивай такси. Я отвезу тебя к своему доктору!
Я дрожала. Как с ним сложно! Права была его гражданская жена Лера — такого ничем не остановишь, если вбил себе что-то в голову.
— Артур Олегович, прекратите! Я по записи иду.
— Как только выйдешь от врача, обязательно позвони! Я буду ждать.
— Хорошо. До свидания, Артур Олегович.
