Шрам поддерживал скорость в пределах допустимых правил — 160 км/ч, но сегодня чувствовал себя почти как профессиональный гонщик. Черный «джип-чероки» с тонированными стеклами мчался быстро от Финского залива к Васильевскому острову. Это была не просто поездка — это задуманное путешествие, спрятавшееся под видом простого волеизъявления скорости....
Эти беспредельщики ради своего интереса готовы мать родную продать, отца убить, сестру изнасиловать… Этих надо остановить. А лучше – каленым железом выжечь.
– И кто ж их выжигать будет? – спросил Сержант с усмешкой. – Не ты ли собрался?
– Кому-то надо. Если больше некому – то я, – жестко бросил Варяг.
– А я слыхал, за последние полгода в России много законных полегло, – осторожно сказал Сержант. – И я так понимаю – все твои бойцы.
– Людей потеряно много, верно.
– А ты мне доверяешь? После всего, что было… – с иронией в голосе спросил Сержант.
– Знаешь, Степан, ты – человек. Я же о тебе много чего знаю. Ты не сука. Ты человек. Это главное. Заблудший. Потерявший ориентир… Но все же – человек.
И Варяг протянул Сержанту пятерню.
Они обменялись крепким рукопожатием.
– Ну вот и ладно, – повеселел Варяг и глянул на часы. – Пора. Скоро посадка. Подожди меня здесь, пока я своих отправлю.
Он встал и пошел к соседнему столику.
* * *Варяг трясся в электричке на Звенигород. Он ехал в Мозженку, на дачу академика Нестеренко.
Варяг немного волновался. Ему предстояла первая встреча с дочкой – их с Викой дочкой Лизой.
Интересно, рассказывала ли ей Вика о папе? И кто там сейчас с ней? Домработница Валя, наверное, если, конечно, после гибели академика Нестеренко и страшной смерти Вики она не уволилась.
