В просторной, но опустевшей комнатах-кладовке сидела Вика — на перевернутом ведре, скрытая от пристального взгляда проверяющих. Ослепленная бесконечными ночами за работу и одиночеством, она даже не могла запомнить имен дежурных медсестричек, кроме клинического имени своего лечащего врача. Каждая минута казалась долгой и мрачной в этом безысходном месте, но Вика все равно чувствовала свою маленькую надежду на светлое утро....
Его веселое и восторженное настроение передалось всем взрослым, поэтому рассаживались за столом шумно, бестолково, то и дело натыкаясь на мечущегося по всему пространству кухни Степку и друг на друга.
– Он сыт? – спросила Егора Вика, перекрикивая шум.
– Что? – переспросил Егор.
Вика не выдержала:
– Степан! Стоять!
Степка замер, замолчал и, изображая послушание, вытянул руки по швам, испортив впечатление широкой улыбкой.
– Вот так! – удовлетворенно кивнула Вика. – Егор, он сыт?
– Да, я покормил его ужином, – улыбался Егор, наблюдая за ужимками сына.
– Очень хорошо! Молодой человек! – Вика повернулась к Степану. – Мы все очень рады тебя видеть, и все по тебе соскучились, и нам очень интересно узнать про все твои приключения! Но в данный момент своими криками и беготней ты не даешь нам услышать друг друга!
– Мамочка! Я не буду! – весело пообещал Степка.
– Да кричи на здоровье! – ответила Вика. – Кто тебе запрещает? Только не в том месте и не тогда, когда это мешает взрослым поговорить!
– Мамочка, это всегда мешает взрослым поговорить! – резонно заметил Степка.
Вика рассмеялась, а за ней и все остальные. Она подхватила сына на руки и расцеловала в обе щечки.
– И в кого ты к меня такой умный?
– В тебя и в папу! – серьезно ответил Степан. – Вы же не дураки!
– Все, все! – решительно сказала Вера Николаевна, продолжая смеяться и забирая у Вики Степана. – Театр одного актера закончен на сегодня! Степик, в твоей комнате тебя ждет наш с дедушкой подарок!
– Подарок! – восхитился внук.
Но так просто утихомирить ребенка и сбагрить его в комнату заниматься своими играми им не удалось. Сначала они пережили бурю восторга от игрушечной железной дороги, а потом настоятельные просьбы, переходящие в требования идти всем прямо сейчас ее собирать!
Наконец, наступило относительное спокойствие: после «мужского» разговора с отцом Степан погрузился в изучение своих новых игрушек в комнате, пирог был торжественно вынут из духовки, порезан на куски и водворен в центр стола, и наконец-то все расселись по местам.
Подняли первый бокал, Егор с Денисом от спиртного отказались по причине того, что им еще за руль, и чокнулись со всеми соком, а Вика, мама и Олег Николаевич выпили вина за Степкин день рождения, который им пришлось встречать порознь. Мужчины с удовольствием ели и нахваливали пирог, за столом происходила ненавязчивая беседа, которая обычно возникает между только что познакомившимися людьми.
