В просторной, но опустевшей комнатах-кладовке сидела Вика — на перевернутом ведре, скрытая от пристального взгляда проверяющих. Ослепленная бесконечными ночами за работу и одиночеством, она даже не могла запомнить имен дежурных медсестричек, кроме клинического имени своего лечащего врача. Каждая минута казалась долгой и мрачной в этом безысходном месте, но Вика все равно чувствовала свою маленькую надежду на светлое утро....
Хотя бы до того времени, пока не сдадут баланс и не рассчитаются с налоговой. Вика смеялась.
– Да я-то останусь, Вадим Иванович, а вот ребенок может решить иначе!
– А вы с ним поговорите, Виктория Борисовна, объясните ситуацию!
– Да я поговорю, чего не поговорить-то, но у него свои резоны! – смеялась Вика.
Директор предоставил ей все, какие только можно, льготы и готов был выполнять любые ее условия. Он предоставил ей персонального водителя с машиной, который возил ее на работу и с работы, а также был весь день в ее распоряжении.
Сегодня, как назло, целый день у нее были экстренные и неотложные дела. Подчиненные как сговорились или перегрелись, что ли, но делали ошибки, портили отчеты, теряли документы, бежали к ней за спасением, помощью и очередным нагоняем.
Вике сегодня тяжело было сидеть, стоять, ходить, она измучилась от жары, большого живота, а с утра у нее разболелась поясница, о чем она благоразумно умолчала, не оповестив Князева, а то такое бы началось! Она старалась сдерживать раздражение, контролировала свои слова и тон, чтобы не сорваться и просто не отчитать подчиненных, применив к ним репрессивные меры.
Вике надоело! Хватит! Да сколько можно-то?!
Она вызвала своего заместителя и попросила секретаршу Юлю позвонить шоферу, чтобы подогнал машину.
– Иван Геннадьевич! – строго начала Вика, когда заместитель зашел в кабинет.
– Они сами, я об этом не знал! – оправдывался заместитель.
– Значит, вы плохой руководитель! Вот Марина Игоревна, – Вика указала на стоящую в стороне сотрудницу, мечтающую испариться от гнева начальницы, – пришла с вопросом: куда могли деться приходники? Как вы думаете, я могу об этом знать?
– Я понял, Виктория Борисовна!
– Очень хорошо! Юля передаст вам сейчас список всех вопросов, по которым сегодня ко мне обращались сотрудники.
И, мило улыбнувшись вспотевшему от жары и ее тона заместителю, Вика взяла сумочку и вышла из кабинета.
Она смотрела в окно машины на запыленные улицы, марево раскаленного воздуха, который, казалось, можно было потрогать на ощупь, таким он был тягучим.
