После отставки он перешел на высокую должность в крупной авиакомпании. Примерно через год мы встретились с ним на торжественном ужине для бывших агентов секретной службы и обменялись традиционными приветствиями.
– Все отлично, а у тебя?
– Очень хорошо. Знаешь, жизнь после ФБР…
– Какая она? – спросил я.
– Понимаешь, в Бюро приходится разбираться со всей этой личной чушью, – сказал он, – но тут, в компании, если кто-то работает плохо, ты просто вызываешь его к себе в кабинет, звонишь охране, его провожают на парковку, отбирают пропуск и говорят «адиос».
В целом мне это понравилось.
Пару лет спустя он позвонил мне и запел совсем другую песню. Авиакомпания проводит реорганизацию, чтобы оставаться на плаву, грядут увольнения тысяч сотрудников, чего раньше никогда не случалось. Он получает угрозы, кто-то пошел даже не порчу системы кондиционирования, обслуживающей компьютеры, и вообще у него куча проблем. Он сказал, что хочет приехать в Куантико и обсудить ситуацию со мной и моей командой.
Мы провели конференцию и сказали ему, что корпорации надо вовлечь в дело и службу безопасности, и службу персонала. Мы дали ему несколько идей, как вывести НС (одного или многих) на чистую воду, если угрозы станут серьезнее. Однако главное тут – работать с людьми, которых увольняют, и показывать им, что компания о них заботится и постарается что-то предпринять.
Благодаря опыту работы в ФБР и собственному здравому смыслу этот человек сумел справиться с проблемой. Он заставил руководство компании отнестись к нашим предложениям всерьез, и неприятностей удалось избежать. Но это лишь подчеркивает ту мысль, что надо всегда быть начеку и не дожидаться, пока возникнут проблемы – ведь главной из них, с которой моему коллеге грозило столкнуться, было огромное количество потенциальных подозреваемых. Если – боже упаси – произошло бы нечто действительно опасное, найти виновных оказалось бы гораздо сложней, чем в случае с Дэвидом Берком.
Такой проактивный подход я называю «психологической профилактикой».
В прошлом во многих компаниях прослеживалась тенденция разбираться с поведенческими трудностями у служащих путем увольнения или перевода в другой отдел, чтобы переложить заботу о них на службу персонала. Сейчас я наблюдаю другой, более обнадеживающий, тренд, который, надеюсь, продолжится – снабжать руководителей необходимыми навыками и инструментами для распознавания потенциальных бихейвиоральных отклонений и борьбы с ними.